– Нет. Я тоже чувствую, что знаю тебя всю жизнь.

– Ох! Остров! – воскликнула Дарея, прерывая романтику между нами, она прилипла к иллюминатору. – Какой огромный! Море! Белый песок! Боже, я не верю, что буду жить здесь! Ой, вот академия, – оглядываясь на спутника, она тыкала пальцем в иллюминатор.

– Где? – спрашивал он, заглядывая в окно.

– Ну вот, огромный серый замок, а кругом лес, поле. А вон и пляж недалеко. Это рай!

Я тоже прилипла к иллюминатору. Бесконечное голубое море, на острове: горы с гротами, зелёные деревья, от академии до городка далеко.

Академия величественно возвышалась, даже смогла рассмотреть статуи на нём.

– Красиво. – Алонзо заглядывал через мое плечо, и я в один миг забыла о красоте внизу, потому что его дыхание обожгло мне шею.

– Представляешь, мы будем учиться вместе, может, даже одну комнату выпросим.

Увидев испуганное выражение моего лица, поправился:

– Не сейчас, со временем. Будем вместе ходить гулять.

Я представила, как это будет чудесно, я больше не буду одинока.

Мы приземлились.

Стояли в обнимку с Алонзо, ожидая багаж. Он иногда чмокал меня в щеку, я обнимала его за талию, молила бога про себя: пусть это не кончается никогда, пусть мы будем вместе, ведь должна же начаться белая полоса? Сколько ещё будет ужасов в моей жизни? Интересно, а мама бы одобрила его?

Крепче прижалась к нему. Не расстанусь с ним! Ни за что! Пускай хоть мир рушится, его я не отпущу!

– Привет! – рядом с нами остановилась дракониха, та самая.

Ощетинилась, скривилась, по моим венам, словно кипящая лава, разливалась ненависть. Она протянула мне руку для рукопожатия.

– Я Эльза, – с нажимом сказала она, а я мысленно расчленила её на мелкие кусочки. – Ты не пожмешь мне руку? – она насмешливо приподняла бровь.

– И не подумаю, – грубо сказала ей.

– Почему?

– Я не жму руку драконам, и не желаю иметь с вашим проклятым родом ничего общего!

– Забавно, что за двойные стандарты?

– В смысле?

– Обниматься с драконом ты можешь.

До меня не сразу дошел смысл её слов, когда поняла, о чём говорит Эльза, отпрыгнула от Алонзо, как будто он превратился в мерзкую и склизкую жабу.

– Миди, ты чего? – он непонимающе смотрит на меня.

– Ты дракон?! – говорю громче, чем позволяет приличия, на нас оглядываются люди, но сейчас мне всё равно.

– Да, а что? Это проблема? – он хмурится.

– Да!

– И почему? Миди иди сюда. – он тянет руки ко мне, отступаю на шаг. – Что происходит? Я не понимаю? – с тоской говорит он.

– А то, что я сирена! Не нужно объяснять, почему это огромная проблема?!

– Что?! Это невозможно! Ты врёшь! Скажи, что это шутка! У сирен золотые волосы.

– У всех, кроме меня. Не приближайся больше ко мне! Никогда! – с ненавистью беру подъехавший на ленте багаж.

Иду, вытирая слёзы.

Господи, за что? Как я могла влюбиться в дракона? Во врага! Предателя! Убийцу!

Не он, конечно, убивал, его родственники, но всё же.

Сердце раскололось на куски, в душе такая боль, что хочется орать, упасть на пол, и биться в истерике.

Теперь мне хочется убежать обратно, в детский дом. Как я буду учиться с ним в одной академии? Встречаться с ним в коридоре?

Вышли из здания аэропорта, я отшатнулась, возле автобуса, который почему-то был без колёс, стоял пещерный гоблин. Я впервые вижу его вживую.

Он сутулился, на спине у него был горб, заостренные уши подрагивали от раздражения, красные глаза презрительно рассматривали меня, длинные серые руки с огромными черными ногтями потянулись к моему чемодану.

– Позволь, я возьму, – он изобразил улыбку до ушей, я постаралась ответить, но, скорее всего, у меня получился оскал.

– Деревенская? – он закатил глаза.

– Что, простите?

– Ты так смешно выпучила глаза, впервые видишь гоблина?

– Да, извините, если я вас обидела. Я не специально, – покраснела.

Так неприятно быть невоспитанной невеждой. Я просто растерялась, и не смогла скрыть свою реакцию.

Он загружал вещи в автобус.

– Простите, а разве этот автобус исправен? – спросила у гоблина.

– Диагностикой занимаешься? – насмешливо спросил он, уголки его губ почти достали до уха.