— Мальки у нас даже в лужах не водятся. Дашь сестерций — скажу.

Эллан присвистнул снова, на этот раз — поражаясь наглости щенка, и повернулся к Арэлл, предлагая разделить свое возмущение. Но девушка даже не взглянула на него. С ее лицом что-то было не так. Губы искривились на мгновение, мелькнуло мучительно-жалостливое выражение.

— Дай ему денег, — попросила она Атэра, и тот не смог ослушаться. Со вздохом сунул руку за пояс, вытащил из потайного кармашка монету, бросил попрошайке.

— На. Хватит с тебя дупония.

Тот ловко поймал денежку, рассмотрел со всех сторон и, счастливо улыбаясь, сунул за щеку.

— Ну?!

— Езли в зам порт, — заговорил мальчишка невнятно, мешала монетка. — Нада значала прямо, потом у дома зтарой Эмпусты наизкозок и снова прямо. А езели корабль нузен, то идите зразу в харщевню Патруза, у него завзегда корабельщики зидят. Значала прямо, потом наизкозок и прямо.

— Ну, спасибо, — улыбнулся эллан.

— Только езли вы в Елиду, так туда корабли не идут, — заявил вдруг пройдошистый малец, почесывая лохматую голову. — В Мумедию или езчо куда позалуста. А туда нет.

— Откуда ты знаешь? — спросила Арэлл, и ее лицо стало хмурым.

— Так все знают, — ответил тот, вытащив из-за щеки монету, полюбовался и сунул обратно. — Шторма, говорят.

Он отвернулся, потеряв интерес к элланам, и степенно отправился обратно к луже.

— Ладно. Пошли, — Атэр кивнул девушке. — Как он там сказал? Прямо и наискосок?

— В это время года не бывает штормов, — задумчиво отозвалась она, перешагивая через лужи и поминутно скользя в грязи.

— Это ты мне говоришь?! — саркастически осведомился он, пинком отгоняя с дороги невесть как забредшую на улицу здоровую пятнистую свинью. — Я уже слышал этот слух на базаре. Но не слишком поверил.

— Что могло случи… — Они едва успели прижаться к стене, спасаясь от потока помоев, выплеснутых из окна верхнего этажа.

— Узнаем… Эй, почтенный! — эллан окликнул замызганного местного жителя, нетвердой походкой пробирающегося вниз по улице. — Где харчевня Патруса? Та, с дверью? Да они все с дверями, глаза протри!.. Хотя тебе это вряд ли поможет, — пробормотал он, провожая пьяного взглядом. Потом с досадой повернулся к тихо посмеивающейся девушке:

— Ну? Что!? В следующий раз сама узнавай дорогу.

— Я думаю, нам стоит попробовать зайти вон туда. Видишь, на стене нарисован якорь. — Арэлл указала на третий дом от угла.

— Может быть, — неохотно согласился Атэр. — Ладно. Подожди меня здесь.

— Я с тобой.

— Думаю, там не место для такой девушки, как ты…

— Может, телохранителя мне наймешь? — неожиданно съязвила она.

— У тебя уже есть один. Но я не заметил, чтобы это кому-то помогло… — машинально ответил на ехидство колкостью эллан.

Арэлл пожала плечами и промолчала.

Внутри харчевни было полутемно. Свет пытался пробиться сквозь крошечное окошко под потолком. Просачивался через щели между досками. Но широкой полосой лежал лишь перед открытой дверью.

Спутники увидели сумрачного дядьку, до самых глаз заросшего густой кудрявой бородой. Он потягивал вино из объемной амфоры и смахивал на почитаемого в Эллиде древнего бога — хозяина морей и сотрясателя земли.

— Хайре, — тихо сказал Атэр земляку, мгновенно переходя с рэймского на элланский. — Нам нужен корабль. Ты можешь помочь?

«Сотрясатель» обмакнул в вино кусок хлеба, отправил его в круглое отверстие, показавшееся в бороде. Прожевал, и изрек глубоким басом:

— Ну?

— Чем раньше, тем лучше. Нас двое и еще четверо. Можем заплатить сразу.

Тот вытер руки о край гиматия. Отрицательно покачал головой:

— Нет кораблей.

— Неправда. Гавань забита.

— Гавань забита, — согласился моряк. — А кораблей нет.

Атэр почувствовал, что начинает закипать, и шумно выдохнул.

— Мы слышали, суда не пускают в Эллиду из-за шторма, — произнесла Арэлл своим певучим голосом.

Дядька посмотрел на девушку с большим вниманием, чем на ее спутника, и ответил охотнее:

— Правильно слышала, красавица.

— Но погода портится только зимой.

Бородатый эллан перегнулся через стол, чтобы быть к ней ближе, и произнес доверительно:

— А мне проверять неохота, красавица.

— Мы хотим вернуться домой! — прошептала она в ответ.

— Знамо дело.

— Тогда почему не хотите помочь?! — вмешался Атэр.

— Хотеть-то хочу, но одного хотения мало. — Моряк задумчиво пригладил бороду, ласково поглядывая на Арэлл ярко-голубыми глазами в лучиках глубоких морщин. — Некрос запретил выпускать эллидские корабли из порта. Ослушникам велено пенять на себя. А самых прытких, кому неймется проверить, друзлтовские «гидры» жгут в открытом море, а команду пускают на корм рыбам.