Коричневый метнулся вдоль стены, заполз под стол за своим пистолетом.

Джоуи Чилл, распахнувший пинком дверь, держал в руке короткий старый пистолет без мушки, лицо напряженное, встревоженное. Этот небольшой человек много повидал на своем веку. Ему не мешало бы побриться и сменить рубашку. Из комнаты у него за спиной доносился резкий животный запах.

Он опустил пистолет, кисло улыбнулся, отступил назад в комнату.

– О’кей, фараон. Нашел-таки время, чтобы добраться сюда.

Делагерра вошел и захлопнул за собой дверь. Он сдвинул соломенную шляпу на жесткие волосы на затылке и посмотрел на Джоуи Чилла безо всякого выражения.

– Мне что, – заговорил он, – полагается помнить адреса всех подонков в городе? Пришлось обращаться к Максу.

Коротышка что-то буркнул в ответ, пошел и лег на кровать, а пистолет сунул под подушку. Он сцепил руки у себя за головой и заморгал, глядя в потолок.

– У тебя есть при себе стольник, фараон? Делагерра рывком повернул стул с прямой спинкой перед кроватью и оседлал его. Он извлек курительную трубку, неторопливо набил ее, с отвращением оглядывая комнату: закрытое окно, облупившаяся эмаль на рамке кровати, грязное, смятое постельное белье, в углу таз для умывания с двумя висевшими над ним заляпанными полотенцами, голый кухонный стол, на котором на Библии издательства “Гидеон” стояло полбутылки джина.

– Отлеживаешься? – без особого интереса спросил он.

– У меня такая информация, фараон. Еще горячая. Я не шучу, понимаешь? Стоит стольника.

Делагерра медленно, с полным безразличием, убрал кисет, поднес к трубке зажженную спичку, затянулся со сводящей с ума неторопливостью. Маленький человек на кровати заерзал, бросая на него косые взгляды. Делагерра не спеша заговорил:

– Ты хороший стукач, Джоуи. Это я о тебе всегда скажу. Но сотня зелененьких – это большие деньги для фараона.

– Оно стоит того, парень. Если, конечно, тебе хочется докопаться до сути в деле по убийству Марра.

Глаза у Делагерры стали неподвижными и очень холодными. Зубы сжали трубку. Он заговорил очень спокойно, очень серьезно:

– Я послушаю тебя, Джоуи. Если оно того стоит, я заплачу. Только смотри не промахнись.

Маленький человек перевернулся и оперся на локоть.

– Знаешь, что за девушка на снимках с Имлеем?

– Я знаю ее имя, – ровно ответил Делагерра. – Снимков не видел.

– Стелла Ля Мотт – это имя танцовщицы. Настоящее ее имя Стелла Чилл. Моя сестренка.

Делагерра сложил руки на спинке стула.

– Здорово, – сказал он. – Продолжай.

– Она подставила его, фараон. Продала за несколько порций героина узкоглазому флипу.

– Флипу?! – Делагерра произнес это слово быстро, резко. Лицо у него напряглось.

– Да, коричневому братцу. Красавчик, шикарно одевается, толкает наркотики. Такой франт. По имени Торибо, но у него прозвище Кальенте, Горячий. У него была комната через коридор от Стеллы. Он приучил ее к наркотикам. Затем он уговаривает ее на эту подставку. Она подмешивает ему в спиртное какие-то капли, и Имлей вырубается. Тогда она запускает этого флипа, и он делает снимки камерой “Минни”. Ловко, а?.. Ну, а затем, как обыкновенная шлюха, она жалеет о содеянном и раскалывается мне и Максу.

Делагерра кивнул, молчаливый, чуть ли не окаменевший.

Маленький человек резко оскалился, показывая маленькие зубки.

– Ну, и что же я делаю? Я выслеживаю флипа. Следую за ним тенью. А немного погодя он выводит меня на квартиру Дейва Ааге в “Вандоме”... Я думаю, стольника это стоит.

Делагерра неторопливо кивнул, стряхнул пепел на ладонь и сдул его на пол.

– Кто еще знает об этом?

– Макс. Он меня поддержит, если ты найдешь к нему соответствующий подход. Только ему это не нужно. Он в эти игры не играет. Он дал Стелле денег, чтобы она умотала из города, а сам помалкивает. Потому как эти ребята крутые.

– Макс не мог знать, Джоуи, куда ты последовал за филиппинцем.

Маленький человек резко сел в кровати, опустил ноги на пол. Его лицо помрачнело.

– Я не обманываю тебя, фараон. Никогда не обманывал.

Делагерра спокойно сказал:

– Я тебе верю, Джоуи. Правда, мне бы хотелось побольше доказательств. Как ты это толкуешь? Малыш фыркнул.

– Черт, да оно ж до того бросается в глаза, что аж глазам больно. Либо флип его раньше работал на Мастерса и Ааге, либо он заключает с ними сделку после того, как делает эти снимки. Затем снимки оказываются у Марра – а он бы наверняка их не получил, не будь на то их согласия, – но он-то не знает, что снимки у них побывали. Имлей баллотировался в судьи по их списку. О’кей, он ублюдок, хотя и свой, но все равно ублюдок. Между прочим, он пьет, и у него отвратительный характер. Это общеизвестно.

Глаза Делагерры слегка заблестели. Остальная часть его лица была словно вырезана из камня. Трубку у него во рту как будто зацементировали – до того она была неподвижна.

Джоуи Чилл продолжал со своей резкой улыбочкой:

– Итак, они играют по большой. Они подбрасывают снимки Марру, а Марр не знает, откуда они. Затем Имлею сообщают, у кого они и что на них, и что Марр готовится оказать на него давление. Что бы сделал парень вроде Имлея? Он бы отправился поохотиться, фараон, – а уток будут есть Большой Джон Мастерс и его прихлебатель.