Парк заметил новую девушку одновременно с остальными. Она стояла на передней площадке автобуса, возле первого свободного места, но какой-то парень хлопнулся на него раньше, поставил на соседнее сиденье сумку и отвернулся. Все, у кого не было соседей, передвинулись на кресла рядом с проходом. Парк услышал хихиканье Тины – она обожала такие штуки.

Новенькая глубоко вдохнула и двинулась вперед по проходу. На нее никто не смотрел. Парк тоже постарался не смотреть, но приближалась катастрофа, и девушка должна была стать жертвой.

Не просто новенькая. Большая и нескладная. С ярко-рыжими завитками растрепанных волос. И она была одета так… будто хотела, чтобы люди оборачивались ей вслед. А может, просто не понимала, какой лахудрой выглядит. В клетчатой мужской рубашке, с полудюжиной ожерелий на шее и банданами на запястьях. Она напоминала Парку чучело или одну из этих дурацких кукол, которых его мать держала на туалетном столике. Девчонка – из тех, кто не выживает в агрессивной среде.

Автобус снова остановился и подобрал еще кучку ребят. Они протискивались мимо девушки, пихая и толкая ее, и плюхались на свои сиденья.

В том-то и штука, что у каждого в этом автобусе уже было собственное место. Они застолбили кресла в первый день школьных занятий. Людям вроде Парка повезло отхватить себе целую двушку, и теперь они не собирались от нее отказываться. Уж точно – не ради кого-то вроде этой девчонки.

Парк исподволь глянул на нее. Девушка все еще стояла.

– Эй, ты, – рявкнул водитель, – сядь!

Она двинулась к задней площадке автобуса – прямо в пасть зверя. «Боже, – подумал Парк, – стой. Вернись назад». Он чувствовал, как облизываются Стив и Майки. Парк снова попытался смотреть в другую сторону.

И тут девушка заметила свободное место – как раз по другую сторону прохода от Парка. На ее лице отразилось облегчение, и она поспешила к пустому сиденью.

– Эй! – резко сказала Тина.

Девушка не замедлила шага.

– Эй! – повторила Тина. – Ты, тупица!

Стив заржал. Через пару секунд к нему присоединились его дружки.

– Тебе нельзя сюда садиться, – заявила Тина, – это место Микаэлы.

Девушка остановилась, взглянула на Тину, а потом – снова на кресло.

– Сядь уже! – загремел водитель из кабины.

– Должна же я где-то сесть, – спокойно сказала девушка.

– Не мои проблемы, – фыркнула Тина.

Автобус накренился, и девушка качнулась назад, чтобы не упасть. Парк попытался увеличить громкость в плеере, но она и так уже стояла на максимуме. Он посмотрел на девушку. Та едва сдерживала слезы.

Еще не успев толком сообразить, что он делает, Парк сдвинулся к окну.

– Садись, – сказал он. Это прозвучало сердито. Девушка повернулась к нему, словно силясь понять, очередной ли это наезд – или что?

– Вот срань господня, – сказал Парк уже не так резко и кивнул на сиденье рядом, – просто сядь, и все.

Она послушалась. И ничего не сказала. Не сказала спасибо, слава те господи. И между ними двоими осталось еще шесть дюймов пустого пространства.

Парк отвернулся к окну. И принялся ждать, когда офигительная новость разнесется по всему автобусу.

Элеанора прикинула планы на будущее.

Первое: после школы можно пойти домой. Плюсы: сделать уроки, привести себя в порядок, заняться своими делами. Минусы: она до сих пор не знает свой новый адрес и понятия не имеет, куда идти.

Второе: можно позвонить матери и попросить подкинуть. Плюсы: до фига. Минусы: у мамы нет телефона. И машины тоже нет.

Третье: можно позвонить отцу. Ха!

Четвертое: можно позвонить бабушке. Просто чтобы сказать «привет».

Она сидела на бетонных ступеньках у входа в школу, созерцая ряд желтых автобусов. Ее автобус тоже стоял здесь. Номер 666.

Даже если сегодня не придется садиться в автобус… Даже если перед ней вдруг появится фея-крестная со своей каретой из тыквы… Завтра утром все равно предстоит как-то добираться до школы. И едва ли эти адские детишки назавтра станут добрее. Нет, правда: Элеанору не удивит, если в следующий раз они разинут свои хищные пасти. Взять хотя бы ту девку с задней площадки – блондинку в куртке цвета «вырвиглаз». Приглядись – и заметишь рога, спрятанные под пышной прической. А ее парень вполне мог бы быть одним из нефилимов [3] .

Эта девчонка – да и все они – возненавидели Элеанору еще до ее появления. Можно подумать, в прошлой жизни их всех наняли, чтобы ее убить.

Элеанора не знала, куда отнести того паренька-азиата, который в конце концов предложил ей место. Один из них – или просто тупой идиот?.. Ну, нет, не совсем тупой – он был в одном из классов с «углубленным изучением».

Мать очень хотела, чтобы в новой школе Элеанора попала хотя бы в одну «углубленку». Она просто взбесилась, увидев оценки Элеаноры за последний – девятый – класс. «Для вас это неожиданность, миссис Дуглас?» – спросил социальный педагог.