А вообще, херня все это. На два дома жить – ни к одному не успеть. Взвалил себе на плечи неподъемную ношу. А значит, придется, что-то решать. Либо сюда, либо туда. Вот только выбирать еще та задача.

Проснулся с рассветом и сразу погнал корабли в Холмогоры...

Глава 3

Поверху срубленной из толстенных бревен башни, стоявшей на высоком скалистом утесе по правому берегу Двины, вспыхнул яркий огонь и сразу же в безветренное небо потянулся столб густого черно дыма.

«Бдят служивые, – довольно подумал я. – Не пропустили возвращение хозяина. Ну а как иначе, задницы чай не чужие, приказал бы выдрать образцово-показательно...»

Потом перевел взгляд на густо поросшие лесом берег реки и неожиданно вспомнил, какими чужими показались мне эти места в первый раз. А сейчас, совсем наоборот, как домой возвращаюсь...

На душе радостно защемило. А не принять ради такого дела? Или не стоит с самого утра бухать?

Как всегда, очень тонко прочувствовав момент, рядом появился Себастьян с большим подносом в руках, на котором стояла пузатый четырехугольный штоф зеленого стекла, серебряные стопки и тарелки с заедками.

– Telepat, ты, что ли? – невольно вырвалось у меня.

– Ваше сиятельство? – на гладкой мордашке повара появилось деликатное недоумение.

– Забудь, змей-искуситель, – я рассмеялся и махнул рукой русским купцам, с самого рассвета не отрывавшим глаз от берега. – Эй, братия, давай ко мне, пропустим по маленькой.

Сам разлил арманьяк по стопкам и вручил каждому русичу в руки.

– Ну, как говоритца, с прибытием... – смакуя вылил в себя густую янтарную жидкость, не глядя нащупал на тарелке ломоть сыровяленой вепрятины, зажевал и только тогда выдохнул. – Уф... хорошо пошла. Ну, чего замерли?

Не чинясь купцы махом высадили подношение, довольно закрякали и принялись активно крестить бороды.

– Небось соскучились по дому?

– Истинно глаголешь, княже, – сипло выдохнул старший из них, Пров Петрович Дерюга. – Но не по дому, а по землице родной.

– А дома у нас, почитай и нет, княже, – пояснил Семен Дубов, чернявый юркий коротышка.

– Сегодня там, завтра здесь, – подтвердил Иван Колода, жизнерадостный пузан, великанского роста, с раскосыми татарскими глазами.

– Я на своем подворье, почитай от силы пару месяцев в год бываю... – поддакнул Тимофей Чалый, внешне больше похожий на германца, чем на русского. – Чада волком смотрят, родного отца не узнают, а я даже жену щупаю каждый раз, как чужую девку, успеваю отвыкнуть.

Купцы весело заржали.

– Так даже слаще получается, – я тоже хохотнул и отправился к себе в каюту переодеваться. Надо выглядеть во всем великолепии, дабы усладить взор народишка.

Заслышав в каюте тихие голоса, остановился перед дверью и прислушался.

– А здесь дамы есть, Ивен? – с неприкрытым интересом выпытывал Томас.

– Куда без них... – прыснул Ванятка. – Кого по-твоему мужи дерут? Медведей, что ли? А они потом деток рожают?

Он за это время так навострился говорить по-французски, что болтал на нем лучше, чем Тома и Антуан. Для них, все-таки родной басконский, диалект на котором разговаривают в Гаскони.

– Тупица! – прокомментировал Антуан. – Дамы везде есть и будут.

– Я сейчас вздую вас обоих! – рассвирепел Тома. – Я не о том. Красивы ли они, податливы на куртуазное обхождение и все такое...

– В борделях все податливые! – умудренно хохотнул Антуан.

За моей спиной дружно заржали Александр и Шарль.

Я тоже невольно улыбнулся. Кто о ком, а пацаны о девках. Хотя вполне уже пора. Вот только с борделями на Руси туговато. Но не критично. Как таковых публичных домов нет, но при каждом постоялом дворе контингент дам с пониженной социальной ответственностью вполне присутствует. Опять же, особо жесткой целомудренности в средних и высших слоях общества тоже не наблюдается. Понятное дело, за замужними и девицами глаз да глаз, но вдовы себя чувствуют вполне вольготно. Точно так же, как и в Европе. Вон Луиджи, тихим делом сразу двоих в Москве окучивал, одну боярыню и вдовую состоятельную купчиху. Не стесняясь рыдали, когда мы отбывали. Так что, если есть желание, приключений на задницу хватит и на Руси. Но да, заболталась пацанва.

Я рывком распахнул дверь и грозно рявкнул.

– Сейчас вам сам бордель устрою! Прямо здесь. Распустились бездельники. Живо одеваться. На русский манер...

– Сир! – мальчики дружно поклонились и вихрем понеслись по каюте. С пулеметной скоростью захлопали дверцы шкафов и сундуков.

Вот так-то лучше будет...

Пока одевался, почему-то стал вспоминать, что происходило в мой прошлый приезд в Московию.

Как всегда, без приключений не обошлось, они ко мне притягиваются словно магнитом. Прибыли на удивление благополучно, но сразу же встряли в рубку с заезжими мурманами, удумавшими пощипать русов. Побили, конечно, а вот с их предводительницей, очень глупо получилось. Сначала я как пацан запал на нее, потом согласился на поединок, а закончилось все совсем по-идиотски. Хотел казнить образцово-показательно дурочку, но потом передумал, остыл, выпорол как сидорову козу, да выгнал. Тьфу-ты, даже вспоминать не хочется.