Мы еле успели на церемонию, мама волновалась выглядывая меня, а папа просто светился от счастья в своем темно-синем костюме и белой рубашке, какой же он у меня красивый.

— Дочь, он тебя не обижает? — прошептал папа, целуя меня в щеку.

— Я сама могу его обидеть, — улыбнулась я, пытаясь скрыть свое настроение оставшееся от утренней ссоры.

— Моя девочка, — он обнял меня, — смотри мне Тваури, — он погрозил ему пальцем.

— Конечно товарищ генерал, — он отвернулся, смотря по сторонам и перекладывая огромный букет красных роз на другую руку.

— Все пора, пожелай удачи своему старику, — он поправил почти черный галстук и помчался к маме.

— Удачи, — я подошла к Амиру, выражение лица которого совсем не менялось.

На маме было простое платье с длинным рукавом кремового цвета, ее каре было красиво уложено, на голове белый платок. в руках букет из маленьких розочек, который она планировала отдать мне, как эстафету. Гостей было немного, пара маминых подруг с мужьями, сослуживцы отца, Олег, Яр, маленький Матвей, который крутился между мной и Амиром или у него на руках и собственно мы.

Даже спустя столько лет я видела как мои родители волнуются, будто это для них впервые, товарищ генерал-майор выглядел уже не так грозно. Хотелось бы мне так как у них, любовь с полным доверием. Я вновь всплакнула надувая щеки.

После церемонии мы поехали в один из лучших ресторанов Москвы отмечать праздник, мне казалось, что Петров избегает меня, отказавшись ехать с нами, поехал с родителями в авто. Нам в сопровождение достались Олег и Матвей.

Наши места были украшены в голубые тона, на столах стояли цветы и угощения, был даже небольшой торт. Родители станцевали первый танец, потом я танцевала с папой и слушала его нравоучения и уговоры уйти от Амира.

— Мирослава, я не могу смириться, что вон тот мужчина твой будущий муж — он указал на Амира, который смотрел в свой телефон с суровым выражением лица.

— Не уговаривай пап, не получится, — смеялась я. Знал бы ты папа, что он уже мой муж и что он сегодня выкинул утром, — пап можно я поживу у вас?

— Что он сделал?

— Ничего, я просто хочу чтобы мы проверили отношения, — я сама не верила в чушь, которую несу.

— Можешь, мы с мамой улетаем в Сочи сегодня ночью, только — это сюрприз, не говори ей, — он светился от счастья.

— Люблю вас, она будет в восторге, — я прижалась к папе наслаждаясь спокойствием и родным запахом.

Праздник был в самом разгаре, я танцевала с маленьким парнем, которого передала маминым подругам, потому что своего большого парня глазами найти не смогла, мне нужно было срочно поговорить, шампанское во мне требовало расставить все точки над i. Я прошлась по залу, тоже пусто, на сообщения он не отвечает, отца нет и Петрова тоже, может какой-то сюрприз готовят. А может он уехал отсюда наплевав на все, ну и прекрасно, не наделаю глупостей и не прощу его раньше времени.

Проходя мимо каких-то кабинетов услышала знакомые голоса и заглянула в щель не до конца закрытой двери. Там были отец и Амиран.

— Я выполнил все условия сделки? — спрашивал муж.

— Да, думаю твои услуги больше не понадобятся, — вальяжно ответил отец, покуривая сигару.

— Ты меня не понял, твоя дочь уже моя, я не буду плясать под твою дудку, я и так много потерял и еще больше могу потерять, когда все узнают, что у меня роман с генеральской дочкой, — Амир был зол.

Мне стало неприятно из-за его слов, будто я навязывала ему это. Ох, Мирослава, лучше бы не слышать этот разговор, но ногами я намертво приросла к молу.

— А моя репутация? да когда все узнают с кем связалась моя дочь, — он пытался сыграть недовольство, за столько лет жизни я научилась распознавать его игру.

— Не нужно блядь строить из себя жертву. Да ты же не упустил возможности распиздеть всем, что я пляшу под твою дудку, особенно когда эту мразь за решетку закрывал, — значит вы ребятки работали вместе и в Грузии кто-то мне врал.

— Да, приятно было, признаюсь. А тебе что не понравились игры, как десять лет назад? Такого конкурента убрал.

— Нет. не понравилось, я мог облажаться и тебе было бы срать на это, на мою семью, мой бизнес…

— Ты сам выбрал мою дочь, — перебил отец, — считай это была оплата моего без участия в вашей жизни, — мне стало мерзко будто я товар на рынке для собственного отца.

— И когда звездочку пойдешь получать? — спросила я зайдя в кабинет на ватных ногах, меня тошнило от них обоих, руки тряслись, а голова шла кругом.

— Мирослава, что ты тут делаешь? — отец в миг стал серьезным, а Амир лишь тяжело вздохнул, почесав подбородок.