И начиная со следующего дня свою жизнь во-многом я отдаю в руки сильного мужчины. Под его управление. Поначалу мне это очень непросто — я привыкла со многим справляться сама. Но постепенно, доверяя всё больше и убеждаясь, что доверяю не напрасно, мне становится всё легче делать это и чувствовать себя счастливой женщиной.

Не знаю, как передать это чувство защищённости, даже не так — безопасности, но одно могу сказать наверняка — это прекрасно лечит женские нервы. Получше всяких валерьянок и курортов. Ты просто защищена. Можно радоваться жизни и не думать о проблемах любого рода — у тебя есть тот, кто не даст тебя в обиду никому. Везде поможет. Везде защитит. Поддержит. Вдохновит. Потрясающее чувство полёта. Открывшейся перед тобой свободы. И желания купать мужчину в благодарности и любви.

И учитывая то, как он вкладывается в отношения, я теперь куда лучше, чем тогда в аэропорту Цюриха, почему он так боялся доверять. Он из тех мужчин, для кого отношения — это не просто романтичные поцелуи под луной. Он искал свою женщину для того, чтобы жить ею и верить ей. Знать, что то, что он делает для неё будет оценено по достоинству и не будет оскорблено, потому что он так дышит. Знать, что она его не предаст. Быть в этом уверенным.

В наших отношениях с ним всегда присутствует перспектива. В них ежедневно есть будущее. При том, что наше настоящее — прекрасно. Нет, безусловно бывает всякое, мы иногда даже ссоримся, но при этом я знаю главное — мы обязательно друг друга поймём. Потому что любим.

Не ограничивая мою свободу, он делает так, чтобы я желала, жаждала всё время проводить с ним, но при этом имела возможность и побыть наедине с собой или уехать к подругам пообщаться. Это право на свободное пространство очень сложно описать конкретно. Оно в уважении к свободе друг друга и доверии, которая — права была Николь — сначала необходимо заслужить.

Дело не в цветах и закрытым им кредитах. И даже не в том, что он перевёз мою маму в загородный дом и помог отцу справиться с зависимостью и встать на ноги, а мне — с ним помириться. Нет. Прежде всего в том, почему он всё это делает.

Я всей душой чувствую, что он счастлив со мной и что мне не нужно ни "пилить" его, ни плакать, чтобы он взялся за что-то важное. Он внимателен. Просто внимателен и знает, что нужно нам обоим, чтобы быть счастливыми. Также, как это знаю и я. У нас совпадают на это точки зрения и это именно то, что позволяет достичь понимани, когда мы осваиваем новые сферы.

Мы бережём любовь, доверие и тепло. И охраняем их от всех. Это только наше. И больше ничьё.

С Николь и Фрицем я очень долго не хочу общаться никак. Зная, как важны для Влада его друзья, я без какого-либо проявления недовольства реагирую на его ежемесячные отъезды к ним на день-два, а иногда и на несколько, но сама к ним не еду.

Скучаю по нему при этом безумно. Но одеяло на себя не перетягиваю. Не донимаю звонками. Меня зовут в гости, он всякий раз по приеду или когда созваниваемся говорит мне об этом, но я не хочу ехать туда, потому что боюсь того, что на меня нахлынет обида и мы начнём выяснять отношения. Да и просто остался очень неприятный осадок и я не хочу возобновлять общение с тех прав гостьи в их доме.

И потому я зову Николь и Фрица к нам. И зову приехать не в простой день. А в особенный.

Они прилетают в Москву в Прощённое Воскресенье и я знакомлю их с этой русской традицией. Мы начинаем с неё наше общение. С чистого листа. И договариваемся сразу, что они — это они, а мы — это мы. И что в нашей паре только мы будем принимать решения, что нам делать и как.

Мы просим друг у друга прощения, обнимаемся и целуемся в щёки. А потом начинаем знакомство с Москвой с такой желанной для них Красной площади, хотя для меня Москва — это совсем другое и чуть позже я уже увлечённо показываю Николь и Фрицу маленькие переулки, уютные старенькие кафе, московские пруды, музеи и театры — в общем теперь уже я провожу экскурсии. Мы отдыхаем за городом, танцуем в клубах, смеёмся и едим морожение.

И вечером легко и непринуждённо общаемся за большим овальным столом, пьём чай и делимся впечатлениями. Мы не подтруниваем друг друга, не вспоминаем эти три дня в Цюрихе и его пригороде в контексте обид, не делаем упор на чьей-либо правоте. Мы просто теперь дружим вчетвером. И я рада этому.

А ещё я очень горжусь тем, что я женщина Влада. Потрясающее чувство избранности лучшим мужчиной на свете, которым я наслаждаюсь каждый день.

И понимаю, что хорошо, что мы начали отношения сейчас, уже будучи взрослыми людьми, а не тогда, когда я была студенткой. Я не смогла бы оценить и прочувствовать эти отношения в то время. Для подобного нужен опыт. Возможность сравнить.

Мы часто занимаемся сексом, но я не обдумываю эту частоту. Это просто есть. И это так же естественно, как вместе валяться и болтать, как завтракать или гулять в парке. Просто важная часть жизни, без которой отношения теряют краски и становится хуже, но я и без секса с Владом чувствую себя любимой. Просто понимание и ощущение того, что я ещё и желанна придают мне сил, вдохновляют меня на свершения и наполняют мою жизнь дополнительными красками.

Думаю, что нужно уметь давать второй шанс тем, кто искренне раскаявшись, хочет исправить то, что исправить возможно. А ещё нужно уметь прощать. Не всегда и не за всё, но там, где чувствуешь в себе силы для этого — обязательно.

В течении года я много раз думала о том, что случилось бы, если бы я не простила Влада. Если бы затаила обиду и лелеяла бы её, мешая с чувством своей правоты. Думаю, тогда моя жизнь сложилась бы иначе. И мне бы тот вариант не понравился.

Потому что я очень хорошо поняла: к тем, кто не умеет прощать, любовь не приходит.