— Все в порядке… — я снова наложила бинт. — Пусть пока рана останется под перевязкой — как я понимаю, ты по-прежнему потащишь за плечами тяжелый дорожный мешок, так что…

— А может, мне еще и штаны снять?.. — кажется, у Лесовика хорошее настроение. — Посмотришь, что и как, может, понравится…

— Язык попридержи, а то тебя что-то не в ту сторону понесло… — посоветовал Эж. Вообще-то Лесовик несколько перехватил в своих высказываниях, пусть и в шутливых, но тут весельчака надо ставить на место — это мне было хорошо знакомо по своей работе в больнице, причем одернуть нахала должна была я сама.

— Все, что ты мне можешь показать, я уже видела, причем много раз… — конечно, я не стала пояснять, что имею в виду анатомию и физиологию, все то, что изучала в училище, и с чем мне постоянно приходилось сталкиваться на работе. — Удивить меня трудно, а раз так, то не стоит и начинать.

— Смело… — хотя Лесовик улыбался, его глаза оставались серьезными. — Тогда может, скажешь, что вы за люди такие? Вроде говорите правильно, но речь у вас не как у обычных людей, многих ваших слов я вообще не понимаю!

— Ты, судя по разговору, тоже не из простых… — заметил Эж.

— А еще вы с колдовством знаетесь, и не говорите, куда направляетесь…

Ответить Эж не успел — в этот момент Лидия взяла все обглоданные птичьи кости, и кинула их за борт. Тут же в воде показалась чья-то зубастая пасть, которая проглотила большую часть костей, а в следующий миг в борт вцепилась чья-то клешня, причем довольно-таки немалых размеров.

— Так, отдых закончен, уходим!.. — Лесовик взял свое весло, одним ударом сбил клешню, а затем вставил весло в уключину, и сердито посмотрел на девушку. — На кой… ты кости рядом с бортом в воду бросила? Их далеко в сторону откидывать надо!

— Я не подумала… — растерянно произнесла Лидия.

— Оно и заметно!.. — рявкнул мужчина, настроение у которого враз ухудшилось. — Ведь если б… А, да что с бабами говорить, все одно до них ничего не доходит!

Какое-то время мужчины слаженно работали веслами, а затем Эж обратился к мужчине:

— Слышь, Лесовик, как я понял, ты эту местность хорошо знаешь. Наверняка здесь по реке должны быть еще рыбацкие поселки…

— А то как же! Скоро до одного из них доберемся… — неохотно отозвался Лесовик. — На берег мы, разумеется, сходить не будем, но нас, конечно же, заметят.

— Сюда уже могли сообщить о том, что церковники нас ищут?

— Да кто храмовников поймет? Они вообще-то предпочитают проворачивать свои дела без лишнего шума, но в вашем случае это, кажется, не получается.

— Церковники все еще находятся там же, то есть в том рыбацком поселке и около того места, неподалеку от которого находится сожженная избушка… — вдруг произнесла Лидия. До этого она сидела на лодочной скамье, не говоря ни слова.

— Почему ты так думаешь?.. — повернулась я к девушке.

— Знаю, и все… — она уклонилась от ответа. Мы с Эжем посмотрели друг на друга: кажется, можно догадаться, в чем тут дело — похоже, Лидия пообщалась с ниридой. Непонятно, как это у нее могло получиться — все же тот речной островок и это место разделяет достаточно большое расстояние.

— Каким образом ты умудрилась переговариваться с… — начала я, не зная, как Лесовик среагирует на слова о том, что девушка может мысленно разговаривать с ниридой, но Лидия меня перебила.

— Я просто захотела с ней поговорить — можете мне не верить, но я не только не чувствую к ней никакой вражды, но и сочувствую, как матери. Она, как оказалось, ко мне тоже испытывает ко мне что-то вроде жалости. У меня не получилось переговорить с ней в лесу, а вот на реке связаться не составило особых сложностей. А что касается расстояния между нами, то это, как выяснилось, не имеет значения.

— И что она сказала?

— В поселок приехали чужаки, и рыбаки уже несколько дней не выходят на лов — вместо этого все время курсируют между берегами реки, возят каких-то людей… Больше того — поставили сети около островка, хотели ее поймать, но нирида ушла в укромное место, и на всякий случай перенесла туда своих малышей.

— А как же сети?

— Говорит, что несколько сетей разрезала, чтоб рыбаков проучить — теперь пусть починкой занимаются… А еще несколько дней назад чужаки бросили в воду четыре мертвых человеческих тела, так что без еды она не осталась. На следующий день кинули в воду еще одного…

— Еще что-то она сказала?

— Больше ничего… — уклончиво ответила Лидия. Значит, там было еще кое-что, о чем нам знать не стоит, или же Лидия не хочет, чтоб об этом знал Лесовик.

— Парень, если я правильно понял, то у твоей второй подружки в приятельницах находится невесть кто из здешних речных обитателей… — после долгой паузы произнес Лесовик, обращаясь к Эжу. — Честно говоря, вы сумели меня удивить. Недаром церковники всполошились, ну да сейчас речь о другом. Значит, говоришь, приятельница сказала тебе, что вначале в воду сбросили четыре тела, а на следующий день еще одно?