Танец закончился, иду за свой столик, но меня снова приглашают, и я с улыбкой соглашаюсь. Партнёр откровенно заигрывает, разворачивает меня спиной к себе, прижимается и скользит по телу руками. Я на короткое время даже забываю про Марка, закрываю глаза, мне действительно весело и приятно. Но тут же вспоминаю, ищу его глазами и нахожу… Натыкаюсь на яростный взгляд исподлобья, в темноте кажется, что его глаза способны источать электрический разряд. Глубокое чувство удовлетворения затапливает меня, хочется злить ещё больше.

Новый танец. Я целенапраленно подхожу к Алексу, давнему конкуренту Марка, и зову его танцевать. Я знаю, что это безумие, что этого он мне не простит. Почему-то Марк никогда не ревновал меня к мужу, а вот ко всем другим - дааа, особенно к Алексу. Не смотрю на него, просто общаюсь с Алексом и танцую.

Наконец иду на своё место, отказываю следующему кавалеру, я устала.

Ощущаю его приближение спиной, каким-то шестым чувством. Он подходит неслышно и несколько секунд стоит за моим плечом, но я делаю вид, что не замечаю. Сердце стучит через раз, ожидание сладко-томительное…

Он кладёт руку на плечо, наклоняется к самому уху и шепчет, обдавая запахом своего эксклюзивного парфюма и дорогих сигарет:

– Мне тоже откажешь в танце?..

Сердце ухает куда-то в пропасть, мне безумно хочется нажать этот мир на паузу и провести так какое-то время, чувствуя на плече сильную горячую ладонь и вдыхая его аромат… Жаль, что нельзя.

Я резко оборачиваюсь, смотрю прямо в глаза, загадочно улыбаюсь и шепчу встречный вопрос:

– Приглашаешь?

Вместо ответа он сильно сжимает мою руку выше локтя, вынуждая подняться со стула. Это короткое давление вызывает противоречивые чувства - хочется попытаться вырвать руку из его ладони, но совсем не хочется, чтобы он ослабил хватку… Мы стоим уже несколько секунд, это слишком долго для общественного места.

Я поворачиваюсь всем телом и закидываю свободную руку ему на плечо, податливо выгибаюсь, и он машинально обнимает меня за талию, прижимает к себе слишком сильно. Пусть это длится не более секунды, но я с беспокойством оглядываюсь, мне кажется, все замечают всё, что происходит между нами. Отодвигаюсь на приемлемое для медленного танца расстояние, прикрываю глаза и позволяю ему вести…

Слабость в ногах, словно я танцую на облаке, в месте прикосновения его ладоней нестерпимый жар, почти жжение. Он слегка пробегает пальцами по пояснице, буквально пару сантиметров, и невыносимая волна огня прокатывается по всему телу, замирая где-то внизу живота…

Я запрокидываю голову и смотрю ему в лицо. Он смотрит сверху вниз на меня, лёгкая улыбка скользит по губам, в глазах - прямо внутри расширенных чёрных зрачков - плещется что-то первобытное и дикое, яркое и горячее… Дрожь проходит по ногам, дыхание сбивается… Я отворачиваюсь в сторону, глубоко дышу, но дрожь не отпускает.

Хочется провести рукой по расстёгнутому вороту белоснежной рубашки, коснуться шеи, провести ладонью по груди, пусть даже сквозь ткань… Я понимаю, что моя ладонь на его плече такая же горячая, как и его рука на моей спине. Я осторожно провожу пальцем по ткани от плеча к груди, замедляюсь на уровне сердца, раскрываю ладонь и замираю, почти с экстазом ощущая, как под моей рукой мощно и быстро колотится его сердце. Со стороны это выглядит так, словно я устала держать руку на плече партнёра и просто опустила её ниже.

Танец окончен, мы на долгую секунду задержались, но отпустили друг друга. Он самоуверенно шепчет, глядя в глаза:

– Следующий танец тоже мой…

Нет, это слишком просто. Игра мне нравится больше.

– Думаешь?
– я несколько секунд демонстративно смотрю в сторону Алекса.

Перевожу взгляд на Марка и снова вижу в глазах ярость, злость, возможно боль… Я ощущаю, как моё тело превращается в жидкое золото, горячее и податливое, как немеет во рту и не хватает воздуха…

Но этого мало. Я подхватываю бокал шампанского с подноса официанта, залпом выпиваю и иду к Алексу. Нет, мне он вообще не нравится, но так надо…

В след слышу резкий холодный окрик:

– Стой!

Я резко останавливаюсь. Мне кажется, что все замерли и смотрят на нас… Но умом я понимаю, что до нас тут нет никому дела, что это слово утонуло в сотне других громких слов, смехе, музыке и разговорах…

Я поворачиваюсь вполоборота, ловлю его взгляд, слекга улыбаюсь, и снова решительным шагом иду между столиков. Прохожу мимо Алекса, даря ему ослепительную улыбку, и иду к выходу в сад.

На ступеньках курят несколько человек. Останавливаюсь, достаю сигареты и с наслаждением прикуриваю. Из темноты сада сладостно пахнет сиренью, слышится птичья трель…

Марк встаёт поблизости и тоже молча закуривает. Мы не смотрим друг на друга, но со стороны, наверно, и так понятно, что мы не случайно стоим рядом… Здесь нас окружают всего несколько человек, и те, словно по команде, начинают расходиться. Мне кажется, они всё понимают про нас, но мне уже почти всё равно. Да и что понимать, ничего же не происходит.

Он докуривает раньше меня, кидает окурок в урну и прикуривает ещё одну сигарету. Моё сердце колотится так, что шумит в ушах. Я с трудом контролирую дыхание, хорошо, что мы молчим, иначе он услышал бы, как дрожит мой голос.