После обеда мы толкались возле оружейки, ждали дежурного старшину с обеда и вполголоса делились впечатлениями о занятии.

– Где дежурный? Скоро каплей придет, а мы еще оружие не получили, – переживал Федос.

– Да он, наверное, адмиральский час себе устроил, спит спокойно, – высказался какой-то матрос. – Лежит сейчас на шконочке, рассольник переваривает.

– Что за адмиральский час? – поинтересовался кто-то сразу несколько матросов.

– У нас в учебке был, у матросов на коробках тоже есть. Это когда после обеда весь личный состав прыгает на шконки и дрыхнет до приказа на построение. Красота!

– Хватит врать! Ты что заливаешь? Чтобы матросы-срочники после обеда дрыхли? Да где в советском флоте такое видано?

– Не верите, не надо…

Галдеж прервал рык дежурного:

– Для получения оружия становись! Старшина второй статьи Федосов, в оружейку на контроль бегом марш!

Федос метнулся вовнутрь. Выдача оружия пошла своим ходом.

Стрельба из М-16 какого-то особого впечатления на меня не произвела. Смотреть на мишень через ручку-прицел было непривычно и неудобно. Знакомой, уверенной тяжести «калаша» не ощущалось. Звук выстрела был совершенно иной.

Мое мнение разделило большинство матросов нашей группы.

Вечером каплей отправил троих матросов и меня в качестве старшего в столярную мастерскую. Тот самый старший мичман-обеспеченец озадачил нас складыванием досок в штабеля, уборкой опилок в мешки. Пока мы возились, он электролобзиком выпиливал из листов фанеры грудные и ростовые мишени. По окончании работ мы приколотили к уже готовым мишеням колья и покрасили их в темно-зеленый цвет.

– Вот все и готово. Старшой, иди сюда на пару слов. – Мичман поманил меня пальцем. – Командиру передашь – расчет как обычно. В субботу вечером кино хорошее буду показывать – «Гений дзюдо». Так что можешь с напарником своим приходить.

Я пообещал обязательно прийти, хотя денег на просмотр фильма ни у меня, ни у Федоса уже не было.

Интересно, а почему наш командир группы сам рассчитывается с мичманом за эти мишени? Ведь они ему не для себя нужны. Он не собирается ставить их в своем огороде или продавать на рынке. С чего это каплей должен из своего кармана покупать бутылку беленькой для мичмана-обеспеченца? Он ведь старше его по званию, командир боевой группы, а тут какая-то непонятная торговля идет.

Тогда мне еще было невдомек, что проще решить все через бутылку водки с мастеровым мичманом, у которого неучтенной фанеры сложено в столярном цехе несколько штабелей. Зарплата нашего каплея позволяла ему тратить свои кровные на нужды боевой подготовки своей группы. Но я этого абсолютно не понимал.

С утра несколько матросов старшего призыва взяли с собой наши мишени и ушли в сторону моря. Ну вот, мы делали все для себя, наш командир за фанеру рассчитывается лично, а они!..

Однако обижались мы зря. Сразу после завтрака начали экипироваться и получать оружие. Федосов с накладными убежал на склад за боеприпасами.

Видимо, наш командир задумал провести не совсем обычную стрельбу. Так оно и оказалось.

Боеприпасы мы получили в оружейной комнате, чему Федосов явно обрадовался. Ему теперь не надо было тащить два цинка на стрельбище.

Как только покинули расположение части, каплей дал команду на снаряжение магазинов. Мы в спешке разрывали бумажные пачки, ссыпали патроны в пилотки. На снаряжение пары магазинов нам отводилось всего две минуты. Тут уж надо было постараться, иначе будешь суетиться на бегу. По прибытии на место Поповских проверит наличие боеприпасов. Если хоть один патрон потерялся, все мы побежим обратно и будем ползать на пузе, разыскивать его.

Пока я раздумывал над этим, руки делали все сами, без меня. За две минуты группа успела без проблем набить магазины и распихать их по подсумкам рюкзаков. Норматив на отлично – сорок восемь секунд. Плюс еще несколько на вытаскивание магазинов, разрывание пачек, пересыпание патронов. Командир так загонял нас с этими нормативами, что мы уже абсолютно не задумывались о порядке действий.

После пары километров марша группа разделилась на две части. Поповских выдал командирам подгрупп конверты с карточками- заданиями. Старшим первой он назначил Федосова, сам остался во второй.

Как только мы удалились от второй подгруппы, старшина развернул конверт, почесал затылок и прогудел:

– А карты-то тут нету! Только карточка с азимутами.

Да, веселый у нас командир. Если мы неправильно посчитаем азимуты, то выйдем непонятно куда. Сеанс связи у нас предусмотрен на предпоследней контрольной точке и если заблудимся. Ракеты только на экстренный случай. Получается, что сейчас мы даже не можем связаться со второй подгруппой, чтобы помочь друг другу. Там находится командир, который держит все на контроле.

Ну что же, будем определяться с азимутами. Если мы ошибемся хоть с одной контрольной точкой, то выйти на пункт сбора уже не сможем. Тут надо быть предельно внимательными.

Мы со старшиной покрутили компас, определили стороны света, азимут и потихоньку-полегоньку двинулись, пытаясь соблюдать боевой порядок. От нашего Поповских всего можно ожидать. Матросы старшего призыва, привлеченные на занятия, наверняка где-нибудь устроили засаду. Так что от греха подальше.

На предпоследней точке мы вышли на связь. Вторая подгруппа тоже продвигалась нормально.