Под покрывалом оказался потёртый письменный стол. Два нижних ящика были сломаны и не закрывались до конца. Мальчик присел перед столом и силой пытался задвинуть ящика до конца, но тщетно.

– О! Ты свою комнату уже нашёл! Молодец! – в дверях стоял отец с коробкой в руках.

– Папа! – от неожиданности Герман ударился головой о стол. – Нельзя же так пугать!

– Ты же говорил, что ничего не боишься! – засмеялся из коридора отец.

– Пап, тут со столом непорядок! – сын проигнорировал сарказм отца.

– Что? – отец вернулся из кладовки.

– В столе ящики не работают. Поможешь?

– Если ты поможешь мне с коробками. Занесём вещи и посмотрим твой стол, договорились?

– Идёт. – Сын тяжело вздохнул, согласившись на условия отца.

Герман ногой задвинул ящик и поспешил за отцом:

– Откуда вообще этот винтаж?

– Из зданий, со старой части посёлка. – Послышался ответ отца.

Коробки и сумки были распределены по комнатам спустя два часа.

– Сам бы я точно только к ночи управился. – Вытирая пыльные руки тряпкой, отец оценивал проделанную работу. – Мы молодцы!

– И у меня всё готово, к столу, мои помощники! – кудрявая женщина вышла из кухни в гостиную.

***

– Вот чёрт! – мама Германа стояла перед распахнутой полкой на кухне. – Герман! Сынок, иди сюда, пожалуйста!

– Что? – Герман лежал на кровати, занятый перепиской в мессенджере с друзьями.

Мальчик громко и недовольно цокнул, не получив ответа матери:

– Мам, что?

– Сынок, иди сюда, пожалуйста! – снова громко крикнула мама.

Герман закатил глаза и с недовольным видом пошёл на зов матери:

– Что?

– Дорогой, сходи в магазин, пожалуйста! У меня мука закончилась. Я бы сама, но у меня ещё тысяча дел.

– Ну, м-а-ам! – застонал сын. – Я даже не знаю куда идти.

– Ну, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! Ты меня очень выручишь! – мать подошла к сыну и начала его щекотать грязными от готовки руками.

– Хорошо, хорошо! Только перестань. Что это вообще? – Герман принюхивался к пятну на футболке, которое оставила мать.

– Рыба в кляре, наверное.

– Фу, мам, рыба? Эту вонь не отмыть теперь никогда!

– Заодно переоденешься, ходишь уже больше недели в одном и том же! Деньги в сумке, магазин вниз по дороге.

Поменяв зловонную футболку на чистую, Герман вышел из дома. Яркое солнце слепило ему глаза. Он запрыгнул на скейтборд и медленно покатился вниз по улице. Улицы были на удивление пустыми, магазина всё не было. Мальчик остановился на перекрёстке, решив осмотреться. Ни одной вывески, ни одного намёка на торговую точку. Из-за угла вышел старик с авоськой и палочкой.

– О! Извините! – Герман покатился в сторону прохожего.

Старик не поднимая головы, что-то бормотал себе под нос.

– Дедушка! – Герман встал на пути пожилого прохожего с авоськой. – Вы не подскажите, где тут магазин?

Старик остановился и поднял голову. Его лицо выражало недовольство дерзостью мальчика. Из-под кустистых бровей серые глаза пронзали своим холодом. Старик больно прижал палку к предплечью Германа, отодвигая его с пути.

– Ай! Больно же! – потирал ушиб Герман. – Можно было и повежливее. Что за люди тут такие?

Старик пропустил мимо ушей замечание подростка и пошёл дальше, бубня под нос.

Герман проводил взглядом хамоватого старика, который зашёл за угол, поднимая пыль, шаркая ногами. Он вскочил на доску, резкий разворот, удар, падение.

– Эй, новенький, ты чего не смотришь куда едешь?

Герман обернулся и увидел, что рядом лежит коротко стриженый мальчик, которого он часто видит в окно, на другой стороне улицы. Дерзкому соседу было лет пятнадцать на вид, ростом он был выше Германа, да и телосложением покрепче. Переносица у него была заклеена пластырем, костяшки на руках поцарапаны. Связываться с таким типом Герману совсем не хотелось:

– Извини, я не заметил тебя.

– Вы как? Сильно ушиблись? – подъехала девочка с русыми волосами, убранными в рожки.

– Кое-кто тут ездить не умеет. – Мальчик с пластырем осматривал свой велосипед.

– Вот это было падение!

"Вот и вся компания в сборе" – подумал про себя Герман, когда подъехал мальчик на самокате.

– Вообще-то я спиной стоял, а ты на меня налетел. – "Ну, вот кто тебя за язык вечно тянет!" – ругал себя Герман.

– Чего? Я налетел? Да ты всю дорогу загородил своей доской, ни пройти, ни проехать! Скажи спасибо, что мой велик цел!