Собеседник усмехнулся, качая головой.

– У меня больше нет сил путешествовать между мирами. И тем более сражаться, если уж на то пошло. Остатки потратил, чтобы вытащить тебя и поговорить… в последний раз.

Ненависть к Вардо вспыхнула с новой силой. Думал, он отстал от меня, затихарился, а он вот что учудил.

– Но почему именно сейчас? Разве сам Хранитель не станет ещё могущественней?

– Отчаявшиеся люди склонны совершать глупости, хотя признаю, не думал, что дело дойдёт до такой меры.

– А вы могли остановить его, если бы предвидели это?

– Нет, даже если бы захотел, мне с ним не справиться, – со вздохом произнёс собеседник, откидываясь на спинку стула и глядя на голубое небо над головой, – Прожив тысячи лет и видя вещи, которые ты даже не можешь себе представить, я, по правде говоря, уже не боюсь смерти, не настолько поглощён идеей бессмертия, чтобы страшиться её. К сожалению, Вардо не таков, и он сделает всё возможное, чтобы предотвратить собственную гибель.

– Что вы имеете в виду? Кто способен угрожать богу? Разве что… – я замолчал, вспомнив о Сущем.

– Ага, вижу, ты догадался. В то время как Вардо обладает властью над Исарием, Созидатель вправе вершить судьбы подобных существ и целых миров, – Старец несколько долгих мгновений молча смотрел на небо, прежде чем продолжить, – Думаю, тебе пора получить небольшой урок истории о Вардо и его сородичах, которых ты называешь богами.

– Но... разве это не против Устоев?

Честно говоря, о правилах я так и не узнал. Но из того, что он, наставник и другие, кто упоминал о них, говорили и делали, примерно догадывался, какие они. Первое гласило, что боги не могут сражаться друг с другом. Второе, что они не должны разглашать тайны друг друга. Третье, заключалось в том, что они не могут причинить непосредственного вреда ни одному человеку, пока тот не нападёт первым. Вероятно, были и тысячи других, но я даже не могу предположить какие.

Старец только отмахнулся.

– Моя смерть так и так неизбежна, а теперь помолчи и попридержи вопросы до тех пор, пока не закончу. Время на исходе.

Дождавшись от меня кивка, он продолжил:

– Итак, с чего бы начать?.. – проговорил Старец, барабаня пальцами по столу. – Как ты уже догадался, существа, которых ты упорно именуешь богами, не из нашего мира. Да и не важно откуда они родом. Считай их теми, кто выше архимагов, но всё же не дотягивают до настоящих богов. Они освоили управление энергией на высоком уровне и смогли путешествовать между измерениями. Часть из них вела себя варварски и бесконтрольно, кто-то искал новых сил и возможностей, кто-то познавал грани энергии, своих сил и миров. И если последнее простительно, то первое до добра не доводит. Вспомни разрушенный при эксперименте Туо, кишащий изменёнными тварями. Их было восемь человек, трое тебе знакомы: Вардо, Актар и та женщина, Рендезо. И да именно она скрывалась под личиной директора Академии. Эманации, вызванные их путешествиями, привлекли внимание Созидателя – существа вне категорий, обладающего абсолютной мощью и силой. Подлинный Владыка всего и вся во всей нескончаемой вереницы миров. Бесстрастный судья, следящий за порядком и не ведающий жалости, что легко стирал целые планеты, если это могло спасти десятки других, и распылял их сотни, ради тысяч. Небо двуедино, порядок и хаос сплелись в нём, и ради гармонии и равновесия, та или иная ипостась действует безжалостно и неумолимо.

Старец потянулся за чашкой чая, но дрожащие руки подвели его, и он уронил её, замызгав стол и свою одежду. Горестно вздохнув и не обращая внимания на подтёки продолжил дальше:

– Их путешествия взбаламутили астрал и вызвали хаос, поставив под угрозу несколько миров. Сущее не могло допустить подобного, поэтому поймало и заперло их в нашем мире. Тогда ещё пустом и безлюдном. Половину оно казнило, а главного в наказание заставило следить за миром, чтобы они жили и помнили, к чему привело их безрассудство.

Я молча слушал, жадно ловя каждое слово Старца. В голове роились тысячи вопросов, но и без того передо мной приоткрывалась неизведанная картина мира, знания недоступные практически никому.

– Ты сказал, Небо поставило их следить за Исарием, что равнозначно богам. Но и ты, и Актар отрицаете, что они боги. Я совсем запутался.

Старец вздохнул и застонал, пытаясь сесть прямо, но ему это не удалось.

– Смотря как посмотреть. Их силы всё же не безграничны. Небо следит, чтобы во всём было равновесие, потому, они хоть и очень могущественны и могут жить вечно, но их всё же можно убить.

– А как и отчего зависит их сила и мощь?

– От собственного мира, и ограничена она Устоями, наложенными Созидателем. По сути, они чрезвычайно сильные архимаги… Или я уже говорил об этом? И напоследок, уясни вот что: как уже раза три сказал, важна гармония, потому само их существование можно прервать, то есть, говоря проще, убить их. Сущее не могло допустить, чтобы такие могущественные существа развивались безгранично, не имея возможности их остановить, поэтому оно, скажем так, подстраховалось. Дважды. Один способ уничтожает сам мир и соответственно бога за ним приглядывающего. Это Хранитель, которого сами боги не в состоянии остановить. А второе, нечто, позволяющее смертному преодолеть разрыв в силе между ним и богом и одолеть последнего.

Голова шла кругом, слишком много знаний и открытий для одного дня. Очень много разного и, порой, противоречивого. Актар сказал, что желает уничтожить этот мир, потому что Вардо что-то отнял у него, а затем изуродовал. Теперь немного понятней его мотивы. Но по-прежнему слишком многое остаётся без ответа.

– А что это за «нечто», способное помочь преодолеть преграду между человеком и богом? Артефакт? Оружие? А если убить бога, то и его мир погибнет?

Старец покачал головой.

– Нет, какой в этом смысл? Я не знаю, что произойдёт, при мне такого не случалось. Возможно, Небо назначит его новым богом и позволит установить собственные порядки. Но одно знаю наверняка: при смерти бога, мир не пострадает. Ну, а «нечто» – это, конечно же, оружие.