— Кто такие нантонги?

Зедд спустился в ущелье первым и подхватил Энн за талию, но без магии он не мог удержать ее на весу. Она ухватилась за корень, чтобы сохранить равновесие.

— Нантонги, — прошептал Зедд, — это такое племя. У них есть своя магия. Они не могут использовать ее так, как мы, зато она гасит любую другую магию. Как дождь гасит походный костер. В степях вечно встретишь что-нибудь в этом роде. Полно людей и существ, которые так и норовят лишить тебя магии. Именно поэтому я так встревожился, когда Верна сказала, что Джокопо жили в степях. С тем же успехом Натан мог бы велеть нам полезть в огонь и достать горящий уголь. В степях немало опасностей, и нантонги — только одна из них.

— Так почему же ты думаешь, что это именно нантонги?

— Скрывающая пыль не сработала. Насколько я знаю, из всех, кто живет в степях, только нантонги способны лишить ее силы.

Переходя по упавшему бревну, Энн развела руки, чтобы удержать равновесие. Луна скрылась за облаками. Зедд был рад возвращению темноты, потому что она скрывала их, но вместе с тем теперь стало почти невозможно разглядеть дорогу. А упасть и сломать шею — ничем не лучше, чем умереть от отравленной стрелы или удара копья.

— Может быть, нам удалось бы убедить их в том, что у нас мирные намерения, — прошептала Энн за спиной Зедда. Она подобрала платье, переходя небольшой ручей. — Ты всегда просил разрешить тебе вести переговоры и хвастался, какой у тебя сладкоречивый язык. Почему бы тебе просто не сказать этим нантонгам, что мы ищем джокопо и высоко оценили бы их помощь? Многие люди, от которых на первый взгляд можно ждать неприятностей, оказываются весьма разумными, если с ними поговорить.

Зедд повернул голову и прошептал тихо, чтобы только она его слышала:

— Хорошая мысль, но я, к сожалению, не знаю их языка.

— Если ты знал, что эти люди настолько опасны, зачем же привел нас на их территорию?

— Я этого не делал. Мы обогнули их земли.

— Это так ты говоришь. А по-моему, ты привел нас сюда, чтобы мы здесь погибли.

— Нет, просто нантонги — полукочевой народ. Но, кочуя, они все равно остаются в пределах границ своего племени. Мы не пересекали этих границ. Вероятно, это дух совершает набег.

— Что?

Зедд приостановился и присел, изучая поверхность почвы. В темноте он не мог ничего разглядеть, но уловил слабый запах чужого пота. Иногда ветер доносит его за много миль.

— Дух совершает набег, — повторил он. — Это происходит по-разному, но кончается всегда одним — нантонги приносят жертву духам. Они верят, что жертва передаст молитвы нантонгов их предкам и духи будут к ним милостивы. Цель набега — найти подходящую жертву.

— Человека?

— Не обязательно. Нантонги довольно трусливы, если сталкиваются с сильным сопротивлением. Они предпочитают бегство сражению — но с удовольствием поймают слабого или беззащитного.

— Во имя Создателя, что за место эти Срединные Земли? Почему здесь допускаются такие вещи? Я думала, здешние люди более цивилизованны. Мне представлялось, что этот союз создан для того, чтобы все страны шли к общему благу.

— Исповедницы порой приходят сюда, чтобы попытаться уговорить нантонгов не убивать людей, но это отдаленное место. Когда приходит Исповедница, нантонги тише воды ниже травы, потому что не имеют власти над магией Исповедниц. Вероятно, этого оттого, что в магии Исповедниц присутствуют элементы Магии Ущерба.

— Почему же вы, дураки, позволяете этим людям жить по их жестоким обычаям?

Зедд нахмурился в темноте.

— Срединные Земли были созданы, в частности, для того, чтобы защищать племена, владеющие магией, от посягательств более сильных стран.

— У них нет магии. Ты сам сказал, что нантонги не могут ничего делать с помощью магии.

— То, что они способны нейтрализовать чужую магию, уже означает, что у них есть своя. Таким способом они себя защищают. Это их зубы, если можно так выразиться. Мы не трогаем ни людей, ни прочих созданий, наделенных магией. Они имеют такое же право на жизнь, как и мы. Но мы пытаемся позаботиться, чтобы они не убивали невинных людей. Мы не можем любить все формы магии, но не хотим, истребляя детей Создателя, кроить мир по желанию тех, у кого больше власти. — Энн молчала, и Зедд продолжал: — В мире есть опасные существа вроде гаров, но это не значит, что мы должны перебить всех гаров. Пусть живут собственной жизнью и следуют путем, который им предназначил Создатель. Кто мы такие, чтобы судить о Его мудрости? Нантонги покорны, когда чувствуют силу, но смертоносны, когда видят слабость. Они своего рода мусорщики, подобно стервятникам или волкам. Было бы неразумно их истреблять. В этом мире им отведена своя роль.

— И какая же? — едко осведомилась Энн.

— Энн, я не Создатель и не имел возможности спросить у Него, чем Он руководствовался, создавая жизнь и магию в нашем мире. Но я в достаточной степени уважаю Его волю. Не мне утверждать, что Он был неправ. Это было бы голое высокомерие. В Срединных Землях мы позволяем всем детям Создателя жить так, как им нравится, а если это опасно, то просто стараемся не попадаться им под руку. Вы, с вашим фанатизмом по отношению к Создателю, должны восторгаться таким взглядом на вещи.