Ричард не отрывал взгляда от дороги, пытаясь справиться с охватившим его негодованием. Наконец овладел собой.

— Нет, Кэлен. Ты не должна была вмешиваться.

Они шли все дальше и дальше. Дома по обеим сторонам дороги становились все менее роскошными и все теснее прижимались друг к другу, но даже самые маленькие сохраняли чистый и ухоженный вид. Тут и там в огороженных белыми заборами двориках суетились хозяева, озабоченные последними приготовлениями к надвигающейся зиме. Воздух был по-осеннему сух, прозрачен и чист. Ричард знал, что это сулит холодную ночь. В такую ночь хорошо сидеть у очага и наслаждаться мягким теплом трескучих березовых поленьев. Теперь на пути все чаще попадались сельские дома, окруженные большими садовыми участками. Не замедляя шага, Ричард оборвал с нависавшей над дорогой ветви дуба пожухлый лист.

— Похоже, ты неплохо разбираешься в людях. Я хотел сказать, ты чувствуешь их и сразу понимаешь, что и зачем они делают.

Кэлен пожала плечами.

— Я просто умею угадывать.

Ричард задумчиво теребил в руках дубовый листок.

— И поэтому они охотятся за тобой?

Кэлен обернулась и, посмотрев ему прямо в глаза, ответила:

— Они охотятся за мной потому, что им страшна Истина. Тебе она не страшна, именно поэтому я и смогла тебе довериться.

Такой ответ пришелся Ричарду по душе. Он улыбнулся, хотя и не понял до конца, что имела в виду собеседница.

— Ты еще не надумала дать мне пинка?

Кэлен едва заметно усмехнулась.

— Пока что нет, хотя ты уже на это напрашиваешься. — Она погрузилась в свои мысли, и улыбка как-то сразу померкла на губах, а потом и вовсе исчезла. — Ричард, не обижайся, но пока ты должен верить мне на слово. Чем больше я тебе расскажу, тем большей опасности подвергнемся мы оба. Ну как, все еще друзья?

— Все еще друзья. — Он отбросил в сторону тонкую паутинку жилок все, что осталось от листка. — Но когда-нибудь ты мне расскажешь все?

Она кивнула.

— Обещаю. Если только смогу.

— Ладно, — отшутился Ричард. — Все равно я «искатель истины».

Кэлен внезапно остановилась. Зрачки ее расширились. Она схватила Ричарда за рукав и резко развернула лицом к себе.

— Почему ты так сказал? — спросила она, сверля его зелеными глазами.

— Как сказал? А-а, что я «искатель истины»? Так называет меня Зедд с тех пор, как я себя помню. Он утверждает, будто я во всем стремлюсь докопаться до сути. Вот, собственно, и все. А что? — Он посмотрел на новую знакомую, слегка прищурившись.

— Так, ничего. Не обращай внимания. — Кэлен вновь зашагала вперед.

Ричарду показалось, что он ненароком коснулся чего-то запретного.

Юноша изо всех сил боролся с распиравшим его любопытством. В конце концов, каждый имеет полное право хранить свои секреты! Но как он с собой ни боролся, все было тщетно. Жажда найти разгадку только сильнее терзала его.

«Эти люди преследуют ее из страха перед истиной», — думал Ричард. Когда он назвал себя «искателем истины», Кэлен расстроилась. Может, эти слова навели ее на подозрения? Что, если теперь она боится и его, Ричарда?

— Ты можешь хотя бы сказать, кто тебя преследует? Кто такие «они»?

Кэлен шла рядом, опустив глаза. Ричард уже потерял всякую надежду услышать ответ, когда она наконец сказала:

— «Они» — это приспешники одного очень нехорошего человека по имени Даркен Рал. А теперь, пожалуйста, ни о чем больше не спрашивай. Не хочу о нем думать.

Даркен Рал... Ну что ж, теперь он, по крайней мере, знал имя.

Вечерело. Солнце медленно опускалось за гряду Оленьих холмов. В воздухе начала разливаться прохлада. Они молча брели по пологим холмам, поросшим деревьями. Ричарду было не до разговоров: его беспокоила ноющая боль в руке, а теперь к этому прибавилось легкое головокружение. Ему хотелось только одного: поскорее помыться и улечься в постель. Кровать надо бы уступить Кэлен, подумал Ричард, а сам он может поспать и в любимом кресле, которое так уютно поскрипывает. Тоже неплохо. День выдался тяжелым, и Ричард чувствовал себя совсем разбитым.

Он остановился под березой и жестом указал спутнице на едва заметную тропинку, ведущую в сторону его дома. Кэлен послушно первой ступила на узкую тропу. Ричард немного задержался: не спуская с нее глаз, он счищал налипшую на лицо паутинку. Тончайшие паучьи сети перегораживали проход буквально на каждом шагу.

Ричарду не терпелось поскорее добраться до дома. Утром он забыл в спешке не только нож, но и еще кое-что, самое главное. То, что оставил ему отец.

В свое время тот доверил Ричарду тайну и сделал сына хранителем волшебной Книги. В знак того, что Книга не украдена у истинного владельца, а лишь взята на хранение, отец вручил Ричарду небольшую вещицу: треугольный клык в три пальца толщиной. Ричард прицепил клык на кожаный шнурок и всегда носил его на шее. А сегодня допустил оплошность — оставил клык дома. Как, впрочем, и нож, и заплечный мешок. Потеряй он клык, и любой сможет обвинить отца в воровстве, как это уже сделал сегодня Майкл.

Путники прошли березовую рощу и, миновав открытый каменистый участок пути, углубились в ельник. Лесная подстилка сменила зеленый цвет на спокойный бурый. Толстый ковер из хвоинок упруго пружинил под ногами.

Внезапно Ричарда охватила тревога. Он потянул Кэлен за рукав.

— Давай-ка я пойду впереди, — тихо сказал он.

Кэлен вопросительно взглянула на него и молча уступила дорогу.

Следующие полчаса Ричард шел медленно, внимательно изучая почву и оглядывая каждую ветку. Когда между ними и домом остался только один, последний холм, он остановился у зарослей папоротника и присел на корточки.