Ричард неутомим в поисках ответа. Он устремился к шкатулке, как стрела к цели. Он никогда не был в Срединных Землях, но пробрался через границу и нашел все, что нужно, на пути к цели. Так поступает настоящий Искатель Истины. И если сообщать ему слишком много всяких сведений, то он будет стараться делать то, что, как он понимает, я хочу от него, а не то, что он сам чувствует. Мне следует дать верное направление к цели и остальное предоставить ему.

— Но это цинично. Он ведь живой человек, а не стрела. Он делает все из большого уважения к тебе, желая заслужить твое одобрение. Он тебя обожает.

Зедд грустно посмотрел на нее.

— Я сам люблю Ричарда и восхищаюсь им, но если нам не удастся остановить Даркена Рала, я стану мертвым кумиром. Иногда волшебникам приходится использовать людей, чтобы сделать то, что необходимо.

— Кажется, я представляю себе, каково тебе не говорить то, что ты мог бы сказать.

Зедд встал.

— Я сожалею о том, что вам с ним так много пришлось испытать. Может быть, с моим появлением дело пойдет легче. Спокойной ночи, дорогая.

Он пошел было к лагерю, но Кэлен окликнула его. Зедд остановился и оглянулся.

— У тебя была жена?

— Да.

Видно было, что ей трудно говорить.

— Что это значит, — спросила Кэлен, — любить кого-то больше жизни, иметь возможность быть с ним рядом и быть любимым?

Зедд долго молчал, глядя в темноту, а она ждала, жалея, что не видит его лица. Она решила, что он не хочет отвечать.

— Волшебник Зорандер, это не просто вопрос. Это требование. Ты должен ответить мне.

Наконец он тихо сказал:

— Это было такое чувство, словно я нашел недостающую половину самого себя и наконец обрел целостность.

— Спасибо, Зедд. — Она старалась говорить спокойно, но была рада, что старик не видит ее слез. — Мне просто было интересно узнать.

Ричард проснулся, когда вернулась Кэлен и подбросила дров в огонь. От света восходящего солнца вершины дальних гор порозовели, оттеняя темные облака в вышине. Зедд лежал на спине с открытыми глазами и храпел. Ричард протер глаза и зевнул.

— Как насчет каши из корней тавы? — спросил он шепотом, чтобы не будить Зедда.

— Очень неплохо, — прошептала она.

Ричард вытащил из мешка корни и начал чистить их ножом. Кэлен повесила над огнем котелок. Потом он нарезал корни и промыл водой, которую Кэлен подливала из бурдюка.

— Это последние. Надо бы сегодня вечером накопать еще, да только сомневаюсь, что мы их найдем: земля слишком каменистая.

— Я собрала ягод.

Они грели руки у костра. «Надо же, — думал Ричард, — она выше королевы». Он представил себе королеву в парадных одеждах и в короне, собирающую ягоды.

— Ты ничего не видела, пока караулила?

Кэлен покачала головой, потом, кажется, что-то припомнила.

— Правда, один раз слышала странный звук, внизу, около лагеря, то ли ворчание, то ли повизгивание. Я уже собралась идти будить тебя, но звуки затихли, и больше я ничего не слышала.

— Вот как? — Он оглянулся. — Там, говоришь? Что бы это значило? Видно, я так устал, что даже не проснулся.

Ричард размял разваренные корни и добавил немного сахару. Кэлен разложила кашу по мискам, посыпав каждую порцию ягодами.

— Почему ты не будишь его? — спросила она.

— Вот, посмотри, — улыбнулся Ричард.

Он несколько раз стукнул ложкой по оловянной миске. Храп оборвался.

Зедд вскочил.

— Завтрак готов?

Сидевшие к нему спиной спутники захихикали.

— Ты сегодня в хорошем настроении, — сказала Кэлен.

Ричард улыбнулся.

— Зедд с нами.

Ричард вручил Зедду миску с кашей и уселся на чурбан. Кэлен поудобнее устроилась на земле, укутав ноги одеялом, а Зедд принялся за еду, даже не сбросив одеяла. Ричард ел медленно, ожидая, пока Зедд не проглотит свою порцию.

— Здорово! — признал Зедд, вставая, чтобы снова наполнить миску.

Ричард подождал, пока он это сделает, и проговорил:

— Кэлен рассказала мне все про то, как ты заставил ее признаться, что говорила тогда Шота.

Кэлен застыла, как пораженная громом.

Зедд вздрогнул и повернулся к ней.

— Зачем ты это сделала? Я думал, ты не хочешь, чтобы он знал, что ты...

— Но Зедд... я вовсе не...

Лицо Зедда исказилась. Он медленно повернулся к Ричарду, который согнулся над своей миской и не спеша ел кашу. Не поднимая головы, Ричард произнес: