Виктор потер большим пальцем стальную рукоять привешенной к поясу булавы, обдумывая ответ.

— Но ты ведь думаешь иначе?

— Да. Хотя обычных следов не видно, кто-то все-таки здесь проходил. И эти кто-то оставили отметины. — Ричард пригнулся и коснулся пальцем гладкого камня размером с ломоть хлеба. — Торопясь пройти, они наступили на этот камень.

Виктор явно заинтересовался:

— Откуда ты можешь это знать?

— Рассмотри внимательно поверхность камня! — Виктор пригнулся, и Ричард стал показывать: — Видишь здесь, сверху, где камень был подвержен действию воды и воздуха, он стал коричневато-желтым, на нем нарос лишайник. А здесь — вроде как на корпусе лодки ниже ватерлинии — он темно-коричневый, и эта разница показывает, насколько глубоко камень сидел в земле.

Но он теперь не лежит на прежнем месте, — продолжил Ричард после паузы. — Его что-то выдернуло из прежнего гнезда, он лежит рядом с вот этой ямкой и повернут темной стороной вверх. Притом случилось это совсем недавно, иначе и эта сторона обесцветилась бы, и на ней тоже завелась бы растительность. Но этого пока не случилось.

Ричард поманил Виктора пальцем.

— А теперь взгляни сюда. Видишь, здесь еще один камешек, он лежит в своем гнезде, но немного сдвинут, и между ним и краем ямки осталось пустое место. А с другой стороны за счет смещения образовался небольшой валик из грязи и лесного сора. И снова мы видим, что случилось это недавно, иначе валик размыло бы дождем. Поскольку щель образовалась с этой стороны, ближе к нам, а валик — с противоположной, значит, человек, потревоживший камни, уходил от нашего лагеря на север.

— Но тогда где же остальные следы? — спросил Виктор. — Обычные отпечатки ног?

Ричард всей пятерней зачесал наверх мокрые волосы.

— Их стерли магическим способом. Я все обыскал; здесь нет других следов, кроме вот таких. Посмотри на этот камень еще раз. На него наступили с такой силой, что он выпал из ямки, где благополучно торчал много лет. И на нем непременно осталась бы отметина от обуви. Но таких отметин нет. Понимаешь? Движение было — а след его исчез!

Никки откинула капюшон и снова ринулась в спор:

— Ты перекручиваешь все находки, подгоняя под идею, в которую тебе хочется верить, Ричард. Ты противоречишь самому себе! Если для стирания следов этих неизвестных была применена магия, тогда как же ты можешь обнаружить их по камням?

— Никакого противоречия нет. Магию использовали для стирания отпечатков ног — и только. Тот, кто это делал, явно не был обучен разбираться в следах и способах их обнаружения. Я не думаю, что такие люди часто бывают на свежем воздухе. Применяя магию для уничтожения своих следов, они вряд ли сообразили, что нужно вернуть на место и потревоженные камни!

— Ричард, несомненно….

— Оглянись, — перебил он ее и вскинул руку. — Посмотри, как ровно лежит лесная подстилка!

— Что ты имеешь в виду? — спросил Виктор.

— Она слишком гладкая. Ветки, листья и кора разложены слишком правильно. Природе такая правильность не свойственна!

Никки, Виктор и Кара попытались понять, но им это не удалось. Никки видела обыкновенный лес. Здесь и там мелкие растеньица — молодые сосенки, тонкие стебли трав, проросток дуба с тремя листочками — пробивались сквозь слой опавшей листвы, мха, гнилой коры и обломков ветвей, разбросанных по ковру хвои. Она очень плохо разбиралась в лесной науке, почти ничего не знала о чтении следов — Ричарду всегда приходилось оставлять на деревьях отметины, когда он хотел, чтобы Никки следовала за ним и не заблудилась. Но окрестности выглядели так, будто никто и никогда не ходил здесь, и никакого особого совершенства, увиденного Ричардом, она не замечала — хотя честно попыталась сравнить этот участок леса с другими. Виктор и Кара тоже казались обескураженными.

— Ричард, — сказала Никки, едва сдерживаясь, — я уверена, что можно отыскать много объяснений, почему камень сдвинулся с места. Например, на него мог наступить лось или олень. Они тут паслись, потом ушли, а следы со времени сгладились и…

Ричард возмущенно потряс головой:

— Нет. Посмотри на ямки. Обе они не потеряли четкой формы. Со временем края осыпаются, ты права. Время — и особенно дождь — разъедает кромки углублений и заполняет их. Но здесь они даже не размыты. Лось или олень могли выбить камешки из почвы — но если бы это случилось на днях, то вокруг было бы полно их следов, таких же свежих. Более того, их копыта оставили бы на камнях такие же отметины, как и каблуки сапог. Я точно знаю: три дня назад кто-то споткнулся об эти камни!

Никки взмахнула рукой:

— Ну, вон та сухая ветка могла упасть и выбить камень!

— Тогда лишайник на камне был бы поврежден, и на ветке остался бы след от удара о твердую поверхность. Этого нет — я проверял.

— А может, белка спрыгнула с дерева и приземлилась тут? — вмешалась Кара.

— Не настолько тяжела белка, чтобы сдвинуть такой камень! — отрезал Ричард.

Никки устало вздохнула.

— Тебя послушать, так получается, что отсутствие здесь следов этой женщины, Кэлен, доказывает, будто она существует!

— Не приписывай мне то, чего я не думаю! Если взять все замеченные мною признаки вместе, в совокупности, мое мнение подтверждается.

Никки подбоченилась, стиснув кулаки. Их ждали важные дела, а они торчали здесь, занимаясь чепухой. Оставалось очень мало времени для принятия серьезных решений — вместо того, чтобы разглядывать камушки посреди лесов. Кровь прилила к ее лицу.

— Это просто смешно! Все эти твои находки, Ричард, доказывают, что эта женщина и была, и остается плодом твоего воображения. Она не существует. Она не оставила следов — но ничего таинственного не случилось. И никакой магии здесь никто не применял. Все это ты увидел во сне!