Ричард достал дорожный мешок, положил его на стол и принялся копаться в своих вещах. Денна, подперев рукой щеку, молча смотрела на него. Наконец Ричард нашел то, что искал, и выложил на стол. Он достал миску, отстегнул от пояса нож и тоже положил на стол. Затем взял баночку крема Денны.

Теперь у него было все, что нужно.

— Госпожа Денна, могу я воспользоваться этим?

— Зачем?

— Пожалуйста.

— Давай.

Ричард положил в миску пригоршню ом-травы и разных других трав, названия которых он уже позабыл. Рукоятью ножа он истолок все в порошок, добавил туда крем. Он аккуратно размешал целебную мазь и, взяв миску, сел на кровать подле Денны.

— Лежи спокойно, — приказал он.

— Обращение, Ричард, обращение. Неужели ты никогда не научишься?

— Прости, госпожа Денна, — улыбнулся он. — Ты сможешь наказать меня позднее, а сейчас лежи спокойно. Когда я закончу, тебе станет лучше, и ты сможешь всю ночь заниматься моим обучением. Честное слово.

Ричард склонился к ней и начал осторожно смазывать раны. Денна застонала и зажмурилась. К тому времени, как Ричард добрался до ее лодыжек, она почти уснула. Пока мазь впитывалась, Ричард гладил ее волосы.

— Ну как, госпожа Денна, лучше? — прошептал он.

Денна повернулась, широко открыв глаза.

— Боль исчезла! Как ты это сделал? Как ты снял боль?

Ричард удовлетворенно улыбнулся.

— Меня научил этому один старый друг. Его зовут... — Ричард наморщил лоб. — Я не помню, как его зовут. Но это мой старый друг, и он научил меня. Какое облегчение! Мне было так больно смотреть на твои страдания, госпожа Денна!

Она нежно коснулась его лица.

— Ричард Сайфер, ты исключительная личность. У меня никогда не было такого супруга. Забери меня духи, я никогда не встречала такого человека. Того, кто сотворил со мной то же, что я делала с тобой, я убила. А ты, вместо этого, мне помог.

— Мы можем быть только такими, каковы мы на самом деле, госпожа Денна. Ни больше, ни меньше. — Он посмотрел на свои руки. — Что он с тобой сделал! Не по душе мне все это.

— Ты не понимаешь, что такое Морд-Сит, любимый. В Морд-Сит избирают совсем маленьких девочек. Те, кто призваны стать Морд-Сит, — самые мягкие, самые добрые, каких только можно найти. Говорят, что глубочайшая жестокость идет от глубочайшей нежности. Они ежегодно прочесывают вдоль и поперек всю Д'Хару и выбирают всего лишь полдюжины. Морд-Сит ломают три раза.

Его глаза невольно расширились.

— Три раза? — прошептал он.

Денна кивнула.

— Первый раз так, как я сломала тебя. Это чтобы сломить дух. Второй раз — чтобы лишить сострадания. На глазах у будущей Морд-Сит наставник мучает ее мать до тех пор, пока та не умрет. На третий раз ломают последний барьер: страх сделать другому больно. Нас обучают причинять людям боль и наслаждаться этим. Девочку заставляют сломать собственного отца, превратить его в послушную марионетку, а потом замучить до смерти.

У Ричарда по щекам текли слезы.

— И тебя заставили пройти через это?

— То, что я творила с тобой, не идет ни в какое сравнение с тем, что делали со мной, когда ломали во второй раз и в третий. Чем мягче и добрее девочка, тем лучше из нее выйдет Морд-Сит. Но ее труднее сломать и во второй, и в третий раз. Магистр Рал считает меня особенной, потому что им было нелегко сломать меня во второй раз. Мама долго мучилась, она не хотела умирать, не хотела лишать меня последней надежды. Но от этого было только хуже. И мне, и ей. Третья ломка им не удалась. Меня уже хотели убить, но вмешался сам Магистр Рал. Он сказал, что, если меня все же удастся сломить, я стану чем-то особенным. Он сам взялся за меня. Это он сломал меня в третий раз. В тот день, когда я убила отца, он взял меня к себе в постель. В награду. Эта награда оставила меня бесплодной.

Комок в горле мешал Ричарду говорить. Он дрожащей рукой откинул с ее лица прядь волос.

— Я не хочу, чтобы тебе причиняли боль, госпожа Денна. Никто и никогда.

— Для меня большая честь, — прошептала сквозь слезы Денна, — что Магистр Рал наказал меня моим собственным эйджилом.

Ричард сидел неподвижно.

— Надеюсь, госпожа Денна, что завтра он убьет меня, и я больше никогда не увижу, как тебя мучают.

В ее глазах играли отблески пламени.

— Я творила с тобой такое, чего не творила еще ни с кем, и вот ты первый, кто пожалел меня, первый, кто захотел унять мою боль. — Она села на кровати и взяла миску. — Здесь еще кое-что осталось. Я смажу твои раны там, где Констанция касалась тебя без моего согласия.

Денна смазала ему плечи, грудь, живот. Глаза их встретились. Ее рука замерла. Повисло молчание. Денна наклонилась и нежно поцеловала его, потом отстранилась, обняла одной рукой и поцеловала еще раз.

Она опустилась на постель, взяла его руку и обеими руками прижала ее к своей груди.

— Иди ко мне, любимый. Я хочу тебя прямо сейчас.

Ричард кивнул и потянулся за эйджилом. Денна коснулась его запястья.

— Сегодня я хочу тебя без эйджила. Покажи мне, пожалуйста, как это бывает без боли.