— Шота, мне нужна помощь. Я ничего не знаю о завесе.

Шота посмотрела на него. Кулак ее разжался, рука опустилась.

— Я не могу сказать ничего, что помогло бы тебе.

— То есть ты можешь сказать что-то, что мне не поможет?

Она кивнула.

— И что же это?

Шота скрестила руки на животе. Глаза ее вновь увлажнились.

— Ты попадешь в ловушку. Не спрашивай, что это значит, потому что я не знаю. Ты не сможешь закрыть завесу, пока не выберешься оттуда. И помни, что, пока ты будешь в ловушке, Владетель может найти дорогу в наш мир. Но прежде всего тебе нужно научиться использовать свой дар.

Ричард отошел к противоположной стене и встал там, не оборачиваясь. Кэлен тоже не смотрела на ведьму. Ей не хотелось лишний раз встречаться с ней взглядом.

— Что-нибудь еще? — спросил Ричард через плечо. — Что-нибудь еще ты можешь мне сказать? Любую мелочь?

— Нет. И, поверь, я не стала бы ничего скрывать. Я не хочу заглянуть в глаза Владетелю.

Ричард взъерошил рукой волосы. Он что-то обдумывал. Потом он вернулся назад и остановился перед Шотой.

— У меня все время болит голова. Болит очень сильно.

Ведьма кивнула:

— Это твой дар.

— Ко мне приходили три женщины. Назвались сестрами Света. Сказали, что я должен поехать с ними, чтобы научиться управлять своим даром, иначе головная боль меня убьет. — Ричард помолчал, вглядываясь в ее лицо. — Ты что-нибудь о них знаешь?

— Я ведьма. О волшебниках мне известно довольно мало. Но сестры Света действительно каким-то образом связаны с ними. Вернее, с их подготовкой. Это все, что я знаю. Не имею даже представления, откуда они, эти сестры. Просто, когда рождается человек с даром, к нему рано или поздно приходят сестры.

— Что будет, если я откажусь идти с ними. Я умру?

— Если ты не научишься управлять своим даром, боль в голове убьет тебя. Больше мне ничего не известно.

— То есть без них мне не обойтись?

Шота пожала плечами:

— Не знаю. Но если ты не овладеешь своим даром, то не сможешь выбраться из ловушки и замкнуть завесу. Да и выжить, если уж на то пошло: головные боли убьют тебя.

— То есть ты хочешь сказать, что я должен пойти с ними?

— Нет. Я сказала лишь, что ты должен овладеть своим даром. Возможно, для этого есть и другой путь.

— Какой?

— Не знаю, Ричард. Я даже не знаю, существует ли он вообще. Прости, но я ничем не могу тебе помочь. Я просто не знаю. Только глупец будет давать советы касательно тех вещей, в которых не разбирается.

— Шота, — умоляюще сказал Ричард. — Я словно в тумане. Я ничего не понимаю. Сестры, дар, Владетель… Неужели тебе больше нечего мне сказать?

— Я сказала тебе все, что знаю. Я в таком же тумане, как и ты. Даже хуже. Ты хотя бы имеешь возможность повлиять на события. Я — нет. — Глаза ее предательски заблестели. — Я боюсь. С тех пор как я впервые услышала обо всем этом, я не могу заснуть. Мне кажется, я уже ощущаю на себе взгляд мертвых глаз Владетеля. Если бы я знала что-нибудь еще, я бы обязательно сказала. Но мне ничего не известно о подземном мире. Да и никто из живущих ни разу не сталкивался с ним лицом к лицу.

Ричард опустил голову.

— Шота, — прошептал он, — я даже не знаю, с чего начать. Мне страшно. Мне очень страшно.

Она кивнула:

— Так же, как и мне. — Она протянула руку и коснулась его лица. — Прощай, Ричард Рал. И не пытайся бороться с тем, что внутри тебя. Лучше используй это. — Шота повернулась к Кэлен. — Я не знаю, сумеешь ли ты ему помочь, но уверена, что, если у тебя будет такая возможность, ты постараешься.

Кэлен кивнула:

— Не сомневайся. Желаю тебе вернуть свое жилище.

— Спасибо, — ведьма улыбнулась, — Мать-Исповедница.

Шота повернулась и направилась к двери. Ее невесомое платье слегка развевалось. Она толкнула дверь, и снаружи сверкнули два желтых огонька — глаза Самюэля. На пороге Шота остановилась:

— Если ты замкнешь завесу, Ричард, на всю жизнь я буду твоей должницей.

— Спасибо, Шота.

— Но знай: если у вас с Кэлен родится ребенок, то он будет мальчиком. И Исповедником. Ни у тебя, ни у нее недостанет сил убить его, хотя вы и будете знать о последствиях. — Она помолчала. — Моя мама жила в темные времена. — Голос ее стал ледяным. — У меня сила есть, и я ею воспользуюсь. Даю вам слово. И поймите — в этом нет ничего личного.

Дверь скрипнула и закрылась. В доме духов внезапно стало очень тихо. И очень пусто.

Кэлен попыталась стряхнуть с себя оцепенение. Она посмотрела на свои руки. Они дрожали. Ей хотелось, чтобы Ричард обнял ее, но он этого не сделал. Он молча смотрел на дверь. Лицо его было белым, как снег.

— Не могу поверить, — прошептал он. — Как такое могло случиться? Или мне это только снится?

Кэлен почувствовала слабость в коленях.

— Ричард, что мы теперь будем делать?

Он повернулся к ней. Взгляд у него был отсутствующий. По щекам текли слезы.