— Возможно, больше, чем ты полагаешь, дитя. Так чем же тебя так беспокоит Владетель?

— Нужно что-то делать. Он почти вырвался. Открыта одна из шкатулок Одена, врата раскрылись. В мире появился Камень Слез. Я должен что-то предпринять.

— А-а! — Она улыбнулась, остановившись. — Значит, ты, кого только что швырнул об стену Хань обыкновенной сестры, собираешься пойти и сразиться с самим Владетелем?

— Но ведь врата открылись. Нужно же что-то сделать.

— Я видела, как ты разговаривал с Уорреном. Блестящий ум у этого юноши. Хоть он еще и молод. Иногда его нужно направлять. Наставлять. — Она потрогала веточку. — Он много учится и любит книги. Думаю, ему знакома в них каждая запятая.

Аннелина изучала цветок на ветке. Глядя на нее при лунном свете, Ричард решил, что, возможно, он посчитал себя умнее, чем он есть на самом деле. И Уоррена тоже.

— Ну, так как быть с Владетелем? И с Камнем Слез?

Аббатиса снова взяла его под руку, и они пошли дальше.

— Если врата открыты и Камень Слез находится в этом мире, Ричард, то почему же Владетель не заберет нас всех, м-м?

— Может, он собирается заглотить нас именно сейчас.

— А-а! Значит, ты думаешь, что, возможно, в данный момент он ужинает. А когда закончит и утрет себе подбородок, то поглотит мир живых? Поэтому ты хочешь помчаться и закрыть врата прежде, чем он снимет салфетку с колен? Именно так, по твоему мнению, все проистекает в мирах, лежащих под нашим? Думаешь, там все делается так же, как и в мире живых?

Ричард нервно взъерошил волосы.

— Не знаю. Не знаю я, что там творится. Но Уоррен сказал…

— Уоррен не всеведущ. Он всего лишь ученик. У него есть дар пророка, но ему нужно еще многому научиться. Знаешь, почему мы храним пророчества внизу, в запертых подвалах, и доступ к ним строго ограничен? По той самой причине, по которой мы сейчас с тобой беседуем. Потому что пророчества опасны для неподготовленного ума. Впрочем, порой и для подготовленного тоже. Все гораздо сложнее, чем видится тебе, иначе Владетель давно бы уже поглотил нас всех.

— Не хотите ли вы сказать, что опасность нам вовсе не угрожает?

Она лукаво улыбнулась:

— Опасность угрожает всегда, Ричард. И будет угрожать всегда, пока существует мир живых. Все живое смертно.

Женщина снова потрепала его по руке.

— Ты исключительная личность, Ричард. Человек из пророчества. Но если ты поступишь неразумно, то причинишь больше вреда, чем пользы. Само по себе появление в мире живых Камня Слез не означает, что Владетель может теперь пройти врата. Камень Слез — лишь средство.

— Надеюсь, вы правы, — произнес Ричард, и они двинулись дальше.

— Как поживает твоя мать? — спросила Аннелина, подняв голову.

Ричард смотрел во тьму.

— Она умерла, когда я был маленьким. Погибла при пожаре.

— Мне очень жаль, Ричард. А отец?

— Который? — буркнул он.

— Твой отчим, Джордж.

Ричард откашлялся.

— Его убил Даркен Рал. — Он искоса глянул на аббатису. — Откуда вы знали моего отчима?

Она одарила его тем самым бездонным взглядом, который он уже встречал и прежде. Так смотрели на него Эди, Шота, сестра Верна, Дю Шайю и Кэлен.

— Мне очень жаль, Ричард. Я не знала, что он умер. Джордж Сайфер был хорошим человеком.

Ричард застыл, пораженный внезапной догадкой.

— Вы, — прошептал он. — Это вы помогли отцу завладеть той книгой!

Он сознательно не вдавался в подробности, чтобы дать ей возможность внести ясность и таким образом подтвердить его правоту.

Аббатиса чуть улыбнулась.

— Боишься произнести вслух? Ты говоришь о Книге Сочтенных Теней, не так ли? — Она кивнула на каменную скамейку. — Сядь, Ричард, пока не упал.

Ричард плюхнулся на скамью и уставился на стоящую перед ним аббатису.

— Вы? Вы дали отцу эту книгу?

— На самом деле я помогла ему добыть ее. Я же говорила тебе, Ричард, что мы с тобой старые знакомые. Правда, когда я видела тебя в последний раз, ты орал во всю глотку. Тебе тогда было лишь несколько месяцев от роду. — Она отстраненно улыбнулась. — Жаль, что твоя мать не увидела, каким ты стал. Она тогда сияла от гордости. Говорила, что ты призван уравновесить проклятие. Видишь ли, Ричард, мир живых держится на равновесии. Ты — дитя равновесия. Я многое в тебя вложила.

У Ричарда язык присох к гортани.

— Почему? — прохрипел он.

— Потому что ты — камень, брошенный в пруд. — Ее глаза были устремлены куда-то вдаль. — Более трех тысяч лет назад волшебники владели Магией Ущерба. Но с тех пор никто не рождался с этим даром. Мы все время надеялись, но ни разу, до настоящего времени, не родился ни один. У некоторых имелась способность, но не было дара. У тебя же есть оба дара. Ты владеешь и Магией Приращения, и Магией Ущерба.

— Что? — Ричард вскочил на ноги. — Да вы с ума сошли!