Осколки скалы и камни колыхались, словно под ними плыла какая-то гигантская каменная рыба. Когда волна приблизилась, Ричард и все остальные не сговариваясь подались к центру каменной плиты, на которой стояли. Почва колыхалась и дрожала, как вода в озере.

Чем ближе подходил каменный вал, тем сильнее Бердина стискивала руку Ричарда. Даже Улик с Иганом не удержались от восклицания, когда волна прошла под плитой у них под ногами, забросав ее каменными брызгами. Потом колебания постепенно затихли, и наступила тишина.

— Ну и что это было? — выдохнула Бердина. — И что было бы с нами, пойди мы по кругу от одной двери к другой, а не по единственной дороге к этой?

— Откуда мне знать!

Она моргнула.

— Но вы же волшебник! Вы должны в этом разбираться!

Прикажи ей Ричард, Бердина, не задумываясь, кинулась бы в одиночку на Улика с Иганом, но незримая магия — дело совсем другое. Все пятеро его телохранителей не дрогнули бы перед сталью, но нисколько не стеснялись показать ему, что смертельно боятся магии.

— Слушайте, вы все! — сказал Ричард. — Я ведь предупреждал вас, что я не очень хороший волшебник. И я ни разу здесь не был. Я ничего не знаю о замке Волшебника. Боюсь, я не смогу вас защитить. Так может быть, вы все-таки сделаете то, о чем я вас просил? Подождете меня вместе с остальными на той стороне моста? Пожалуйста.

Улик с Иганом молча скрестили руки на груди.

— Мы пойдем с вами! — заявила Кара.

— Вот именно! — добавила Райна.

— И вы не сможете нам помешать, — сообщила Бердина, выпустив наконец его руку.

— Но это может быть очень опасно!

— Оберегать вас — наш долг! — сказала Бердина.

Ричард сердито глянул на нее:

— Каким образом? Выдавливая кровь из моих пальцев?

— Простите! — Бердина покраснела, как помидор.

— Повторяю, я ничего не знаю о здешней магии. Не знаю даже, чем она грозит, не говоря уж о том, как ей противостоять.

— Поэтому мы и должны идти с вами, — объяснила Кара с преувеличенным терпением. — Если вы не знаете, как защищаться, то кто сказал, что вам не пригодятся эйджил или мускулы? — она указала на Улика с Иганом. — А если вы свалитесь в какую-нибудь дыру, кто поможет вам выбраться? Знаете, вы ведь можете пострадать не только от магии.

— Ну ладно. — Ричард вздохнул. — Кажется, я тебя понял. — Он погрозил ей пальцем. — Но если тебя тяпнет за ногу какая-нибудь каменная рыбина, не жалуйся мне!

Морд-сит рассмеялись. Даже Улик с Иганом заулыбались. Ричард еще раз тяжело вздохнул.

— Хорошо. Значит, пошли.

Он повернулся к двенадцатифутовой двери, расположенной в нише. Она была обита тяжелыми железными пластинами, закрепленными гвоздями с палец толщиной. Над дверью были высечены слова на каком-то незнакомом им языке. Едва Ричард потянулся к ручке, как створки начали медленно открываться внутрь.

— И еще говорит, что не знает, как пользоваться своей магией! — насмешливо бросила Бердина.

Ричард в последний раз повернулся к ним, но встретил полные решимости взгляды.

— Помните — ни к чему не прикасаться!

Они закивали. Вздохнув, Ричард почесал шею и решительно шагнул в открывшийся проем.

— Мазь, которую я вам дала, не помогает? — поинтересовалась Кара, когда они вошли в мрачное помещение. Пахло сыростью.

— Нет. Во всяком случае, пока.

Их голоса гулким эхом отражались от потолка в тридцать футов высотой. Ричард замедлил шаг, оглядывая пустой зал, а потом и вовсе остановился.

— Знахарка, у которой я ее купила, клялась, что мазь избавит вас от родинки, — продолжала Кара. — Там были обычные компоненты: белый ревень, лавровый сок, масло и яйцо всмятку, но, когда я сказала ей, что это очень важно, знахарка добавила еще буквицу, язву свиньи, сердце ласточки и, поскольку я — ваш телохранитель, заставила меня принести моей месячной крови. Она перемешала все раскаленным гвоздем. На всякий случай я стояла рядом и смотрела.

— Жаль, что ты не сказала мне этого перед тем, как я ею намазался, — буркнул Ричард и зашагал дальше.

— Что? — Он отмахнулся. — А еще я предупредила ее, что, если мазь не поможет, я вернусь и она пожалеет о своей неудаче. Знахарка поклялась, что родинка сойдет. Вы не забыли натереть левую пятку, как я вам сказала?

— Нет, я лишь смазал родинку — и очень об этом жалею.

Кара всплеснула руками.

— Ну, тогда ничего удивительного! Я же вам говорила, что нужно непременно натереть левую пятку. Для связи с землей, так знахарка сказала.

Ричард слушал Кару вполуха, понимая, что ей страшно и она болтает, чтобы успокоить себя звучанием собственного голоса.