Брови Эди слегка приподнялись.

— Ричард.

Кэлен кивнула:

— Вот именно. Они надеялись по одной захватить все страны, входящие в Срединные Земли. Но Ричард изменил правила игры, заставив эти страны сдаться ему. — Кэлен посмотрела в окно. — Как ни больно признать, но Ричард сделал единственное, что дает народам Срединных Земель надежду на спасение.

— Но зачем им мы, чтобы добраться до Ричарда? — Эди потрепала Кэлен по колену. — Я знаю, что Ричард любит тебя, Кэлен, но он не дурак.

— Император тоже.

— Тогда что он задумал?

Кэлен поглядела в белые глаза Эди.

— Ты когда-нибудь видела, как сандерийцы охотятся на горного льва? Они привязывают к дереву ягненка, а сами устраиваются в засаде.

— И ты думаешь, что мы — такие же ягнята?

Кэлен покачала головой.

— Имперцы жестоки, но они не дураки. А сейчас они уже не считают дураком и Ричарда. Ричард не станет менять одну жизнь на свободу всех народов, но он показал, что не боится решительных действий. Они могут создать иллюзию, что он в состоянии нас спасти, не идя при этом ни на какие уступки.

— Ты думаешь, они быть правы?

— А ты как считаешь? — вздохнула Кэлен.

Эди безрадостно улыбнулась.

— До тех пор, пока ты быть жива, он будет готов сразиться своим мечом даже с ураганом.

Кэлен смотрела, как Лунетта слезает с лошади. Мрисвизы ушли в самый конец колонны Защитников Паствы.

— Эди, нам надо бежать, иначе Ричард придет за нами. Орден, без сомнения, на это рассчитывает, иначе нас давно бы уже убили!

— Кэлен, с этим «украшением» на шее я не способна зажечь даже лампу.

Кэлен сердито глядела вслед удаляющимся в лес мрисвизам. Твари на ходу запахнули свои плащи и исчезли.

— Знаю. Я тоже не могу коснуться своей волшебной силы.

— Так как же нам совершить побег?

Кэлен смотрела на Лунетту, облаченную в свои разноцветные тряпки.

— Вот если бы мы сумели перетянуть колдунью на нашу сторону...

Старуха хмыкнула.

— Она не пойдет против своего брата. — Эди пожала плечами. — Она очень странная. Что-то в ней быть необычное.

— Необычное? Например?

Эди покачала головой:

— Например, она непрерывно использует свою волшебную силу.

— Непрерывно?

— Да. Колдуньи, да и волшебники, кстати, прибегают к магии только в случае необходимости. Лунетта не так. По какой-то причине она пользуется ею постоянно. Она все время обернута в магию, как в свои разноцветные лохмотья. Это быть очень странно.

Лунетта забралась в карету, и они замолчали. Усевшись напротив, она мило улыбнулась пленницам. Похоже, Лунетта пребывала в хорошем настроении. Кэлен и Эди улыбнулись в ответ. Когда карета тронулась, Кэлен, устраиваясь поудобнее, выглянула в окно. Мрисвизов она не увидела, но это ровным счетом ничего не значило.

— Они ушли, — сказала Лунетта.

— Что? — осторожно переспросила Кэлен.

— Мрисвизы ушли. — Карета подскочила на кочке, и все дружно схватились за поручни. — Они велели нам дальше ехать самим.

— Куда? — поинтересовалась Кэлен, надеясь втянуть Лунетту в разговор.

Глаза Лунетты засветились.

— Во Дворец Пророков. — Лицо ее стало восторженным. — Это быть место, где полно стреганиц.

Эди метнула на нее сердитый взгляд:

— Мы не быть ведьмы!

Лунетта моргнула.

— Тобиас говорит, что мы быть стреганицы. Тобиас быть господин генерал. Тобиас быть великий человек.

— Мы не быть ведьмы! — повторила Эди. — Мы — женщины, наделенные волшебным даром, дарованным нам Создателем. А Создатель не дал бы нам что-то зловредное, верно?

Лунетта не колебалась ни минуты.

— Тобиас говорит, что нашу мерзкую магию дает нам Владетель. А Тобиас никогда не ошибается.

Эди улыбнулась при виде сердитого выражения ее лица.

— Конечно, Лунетта! Твой брат — великий и могущественный человек. — Она поправила подол. — Так, значит, ты тоже быть Зло, Лунетта?

Лунетта нахмурилась:

— Тобиас говорит, я Зло. Он пытается помочь мне быть хорошей и бороться с порчей, которую на меня наслал Владетель. А я помогаю ему выкорчевывать Зло, выполняя волю Создателя.

Кэлен, понимая, что Эди добьется этим только того, что разозлит Лунетту, решила сменить тему. В конце концов, Лунетта управляла их ошейниками.

— А ты часто бывала во Дворце Пророков?

— Нет, — ответила Лунетта. — Это быть первый раз. Тобиас говорит, что это — дом Зла.