Ричард, нахмурившись, наклонился к ней.

— О чем это ты?

Кэлен кашлянула.

— Мерисса. Она мне все рассказала.

— Мерисса?

— Да. Я все понимаю и не осуждаю тебя. Ты думал, что больше никогда меня не увидишь.

Ричард изумленно моргнул.

— Мерисса — сестра Тьмы. Она мечтает меня убить.

— Но она рассказала мне, что, когда ты тут жил, она была твоей наставницей. Она сказала, что... Ну, я ее видела. Она очень красивая. Ты был одинок, и я тебя не осуждаю.

Ричард, взяв ее за плечи, развернул спиной к сильфиде и заставил поглядеть себе в глаза.

— Кэлен, не знаю, что тебе наговорила Мерисса, но я скажу тебе правду: с того дня, как мы с тобой впервые встретились, я не любил никого, кроме тебя. Никого. Да, когда ты заставила меня надеть ошейник и я думал, что больше никогда тебя не увижу, мне было очень одиноко, но я никогда не предавал твоей любви, даже когда полагал, что утратил ее. Даже когда я считал, что ты не любишь меня, я никогда... Ни с Мериссой, ни с кем-либо еще.

— Правда?

— Правда.

Она улыбнулась той особенной улыбкой, которую дарила лишь ему одному.

— Эди пыталась сказать мне то же самое. Я боялась, что умру, так и не увидев тебя, и хотела, чтобы ты знал, что я люблю тебя, несмотря ни на что. Но, послушай, Ричард, я немного боюсь. Вдруг я там утону?

— Сильфида проверила тебя и сказала, что ты можешь ехать. Ты же тоже владеешь элементами Магии Ущерба. Путешествовать в сильфиде могут только те, кто владеет обеими сторонами магии. Все будет хорошо. Вот увидишь! — Он ободряюще улыбнулся. — Там совершенно нечего бояться. Ощущение ни на что не похожее, но чудесное. Ну, теперь тебе не страшно?

— Да, — кивнула она и обняла его с такой силой, что у Ричарда хрустнули ребра. — Но, если я все-таки утону, знай, что я тебя очень люблю!

Ричард помог Кэлен взобраться на парапет вокруг колодца сильфиды и внимательно оглядел окружающий руины лес. Он не знал, действительно ли кто-то наблюдает за ними, или ему только кажется. Впрочем, мрисвизов он не чувствовал и в конце концов решил, что такая подозрительность — результат его предыдущих визитов в Хагенский лес.

— Мы готовы, сильфида. Ты знаешь, сколько мы пропутешествуем?

— Я достаточно длинная, — раздался громыхающий ответ.

Ричард, вздохнув, крепче обхватил руку Кэлен.

— Делай, как мы тебе сказали. — Она кивнула, быстро дыша, будто хотела набрать воздуха про запас. — Я буду с тобой. Не бойся.

Рука из жидкого серебра подняла их, и ночь стала совсем черной. Ричард еще крепче сжал ладонь Кэлен, хорошо помня, как ему самому было трудно сделать вдох внутри сильфиды. Когда она ответила на пожатие, они уже были глубоко в невесомой пустоте.

Вернулись знакомые ощущения, и Ричард понял, что они движутся к Эйдиндрилу. Как и в прошлый раз, ему не было ни тепло, ни холодно, ни мокро, ни сухо. Он видел одновременно и свет, и тьму, с наслаждением вдыхая сильфиду.

Ричард радовался, что Кэлен сейчас испытывает такой же восторг, как и он. Он чувствовал это по тому, как она медленно сжала его руку.

Ричард плыл сквозь свет и тьму. Время для него не существовало. Могли пройти мгновения, а могли и века — но все кончилось так же внезапно, как и в прошлый раз.

Вокруг него возникла комната Коло, но на сей раз Ричард знал, чего ожидать, и не испытал ужаса.

Дыши, велела сильфида.

Ричард резко выдохнул, освобождая легкие от наполнявшего их восторга, и вдохнул обычный воздух.

Он почувствовал, как позади него вынырнула Кэлен и, выдохнув сильфиду, тоже вдохнула воздух. Ричард взобрался на край колодца и спрыгнул наружу. Едва его ноги коснулись пола, он повернулся и наклонился через край, чтобы помочь Кэлен вылезти.

Ему улыбнулась Мерисса.

Ричард застыл. Способность говорить вернулась к нему не сразу.

— Где Кэлен? Ты связана со мной узами! Ты поклялась!

— Кэлен? — раздался мелодичный голос. — Да здесь. — Мерисса наклонилась и пошарила под ртутной поверхностью. — Но она тебе больше не понадобится. А я верна клятве. Клятве, данной себе самой.

— Она выудила за ошейник безвольное тело Кэлен и с помощью своего Хань вышвырнула ее из колодца. Кэлен ударилась о стену и сползла на пол.

Ричард хотел кинуться к ней, но Мерисса ударила йабри по стенке колодца. Нежный звон пронизал Ричарда до мозга костей. Ноги его стали ватными. Потеряв способность двигаться, он смотрел как завороженный на улыбающуюся Мериссу.

— Йабри поет для тебя, Ричард. Его песня зовет тебя.

Она подплыла к краю, поднеся ближе поющий йабри. Она не отдавала его, дразня Ричарда, помахивая перед ним столь желанным предметом. Ричард облизнул резко пересохшие губы. Островок спокойствия внутри него пел в унисон с нежным звоном йабри. Этот звук его околдовывал.