— Лилс, — говорит тихо Гарри.

— Я в порядке, — мямлит она. Черт, я не хотел заставлять ее проходить через настолько болезненное дерьмо. Вот почему хотел сам разобраться с Джейн.

— Прости меня, Лили. Я хотел оградить тебя от этого. Я думал, что смогу справиться с ней сам, что дело твоего брата просто развалится, и ты никогда об этом не узнаешь, — я пытаюсь объяснить. Она не отвечает, она находится в состоянии шока, напряжена, как струна. — Лили?

— Чем она тебя шантажирует? — ее голос груб. Она не смотрит на меня, вместо этого ее глаза зафиксированы на кофейном столике.

— Она говорит, что если я не заплачу ей пять миллионов, то она пойдет в полицию, расскажет, что знает и отдаст им доказательство. Но если же заплачу ей, то она отдаст доказательство мне. — Она не отрицает убийство. Я знаю, что очень велики шансы, что они действительно так и сделали в тех обстоятельствах. И я рад, что они это сделали. Единственное, что меня действительно беспокоит, так это то, что убийство было совершено четырнадцатилетней девочкой, и только потому, что ее регулярно избивали и насиловали. Я не представляю, как человек может вынести такое.

— Почему сейчас? — добавляет Гарри, — Если у нее действительно есть доказательство, то почему не ранее, а сейчас?

— Потому что она не могла найти нас, — шепчет Лили. — Подумай об этом, она нашла нас, потому что увидела мою фотографию в газете с Тео, так что знала, что я с Тео и что у него есть деньги. Он покупает ее в мгновение ока полутора миллионами фунтов, и она исчезает, но выдвигает обвинения против тебя, и она точно знала, что он придет за ней…

— Снятие наличных… — мямлю я. Гарри смотрит на меня вопросительно. — Майлз отследил ее по снятию наличных в банкомате, — объясняю я. Взгляд Лили все так же прикован к кофейному столику. — Было слишком просто. Если ты действительно прячешься, то не будешь настолько опрометчив. А потом я привез ее обратно, просто дав ей время, чтобы привести план в действие.

— Я говорил, что он не должен откупаться от нее! — Гарри тычет в меня рукой. — Мы должны были справиться с этим сами.

— Это все не из-за денег… — говорит тихо Лили. Я трясу головой.

— Когда она со мной говорила, то была почти в истерике. Честно, я могу заплатить эти пять миллионов, но думаю, что все не только из-за денег, я думаю, что все дело в мести, что значит, даже если заплачу, она все равно отдаст это доказательство, — отвечаю я. — Эта женщина сумасшедшая. О, и для справки, мне плевать что вы делали, а чего не делали, — говорю я Гарри. — Лили рассказала мне о ее прошлом, и я бы убил его собственноручно, если бы у меня была возможность. — Глаза Лили впервые встречаются с моими. — Мои ребята занимаются этим, и в зависимости от вашей истории, я думаю, что смогу повесить это убийство на нее.

— Это была самозащита, — отвечает Лили. Она смотрит сквозь меня и запускает свою руку в волосы. Ее руки трясутся, а лицо белое, как мел.

— Я знаю, Лили. Я знаю. Мне нужно знать, что случилось, — говорю я мягко.

— Нет, ты не должен знать, — говорит Гарри. — Нам не нужна твоя помощь. — Он встает и тянет Лили за собой. Она в шоке, и такое ощущение, что она просто не способна двигаться.

— Слушай, Майлз думает, что может повесить это на нее. Я могу повесить это на нее, сфабриковать улики…

— И пока ты делаешь это, рискуешь тем, что выставишь все прошлое Лили напоказ. Нет. Мы уходим. — Гарри идет через гостиную, таща Лили за собой. Он зол и защищается. Я не виню его. Он провел всю свою жизнь, защищая свою сестру от всего, что может причинить ей вред. Он просто пытается защитить ее снова. Проблема в том, что они убегали последние восемь лет, а я только что разворошил осиное гнездо. Черт, я должен исправить это.

Лили смотрит на меня через плечо и пытается вытащить свою руку из хватки Гарри. Его пальцы сжимают ее запястье, и меня это злит.

Я делаю шаг и встаю между ними, он все еще не отпускает ее, и это злит меня еще больше.

— Отпусти ее, — рычу я.

— Пошел ты. Отвали от моей сестры, — говорит он, толкая меня. Я чувствую, как злость растет во мне, и я сжимаю своей рукой его запястье.

— Гарри! — кричит Лили.

— Я не сделаю этого, — говорю я. — А теперь отпусти ее руку.

Он отпускает ее, только для того, чтобы попытаться обойти меня, но я стою на месте ровно, и задвигаю Лили за спину, чтобы она не попала под перекрестный огонь.

— Ты говоришь, что любишь ее, но пока что все, что ты принес — это боль…

— Гарри! — кричит Лили и пытается встать между нами.

— А потом ты пытаешься влезть в ее прошлое, в то прошлое, от которого я пытаюсь оградить ее. И сейчас ты привел это прошлое прямо к нашей двери. Не лезь в ее жизнь! — кричит он. Его кулаки сжаты, а плечи напряжены. Я остаюсь спокоен. Все, что он говорит, правда. Я пытался помочь, но из-за секретов, спрятанных по всем углам жизни Лили, откуда я могу знать, что лучше? Я думал, что она мне рассказала все. Черт, ей следовало сказать мне об этом. Я бы защитил ее. Что самое отвратительное, так это то, что ее мать знала, что Лили не расскажет всего мне. Иначе ее шантаж бы не сработал.