Я молча кивнула в знак согласия, а про себя задалась невольным вопросом, какие же собственные таланты я уже успела безвозвратно загубить?

– Поела, Алли? – спросила я у сестры, взглянув на ее тарелку – она едва прикоснулась к еде.

– Да, спасибо. Прости меня, Стар. Все действительно очень вкусно. Просто мне кусок не лезет в горло в последние дни. Совершенно нет аппетита.

Потом мы с ней поговорили еще какое-то время об остальных наших сестрах. Где они, что с ними сейчас… Попутно я рассказала ей о Сиси, о ее Академии искусств, о тех ее инсталляциях, над которыми она трудится не покладая рук все последние дни. Алли поделилась со мной новостями о Майе. Совершенно неожиданно для всех сорвалась с места и умчалась в Рио. И, судя по всему, наконец обрела в Бразилии свое долгожданное счастье.

– Новости о Майе очень порадовали меня, – сказала Алли. – А еще я просто счастлива повидаться с тобой, Стар.

– И я тоже, – откликнулась я. – А ты сама… Что собираешься делать дальше? Куда думаешь податься?

– Представь себе, вполне возможно, поеду в Норвегию. Намереваюсь заняться непосредственно на месте изучением тех координат, которые оставил мне Па Солт в качестве подсказки о том, где я появилась на свет.

– Отличная мысль. Думаю, ты решила правильно.

– Ты в самом деле так считаешь?

– Конечно. Почему нет? Папины подсказки могут круто изменить всю твою дальнейшую жизнь. Как это случилось с нашей Майей, к примеру.

После того как Алли ушла, клятвенно заверив меня на прощание, что она обязательно еще раз нагрянет к нам, причем очень скоро, я поднялась наверх в нашу с Сиси спальню и достала из ящика комода свою пластиковую папку. Комод в современном авангардистском стиле имел необычную ступенчатую форму. Но это уже целиком во вкусе Сиси. Не мой выбор.

Я опять отколола карточку, которую папа присовокупил к своему письму, и принялась уже в который раз внимательно изучать ее. И тут я вспомнила взгляд Алли, когда она сообщила мне о своем намерении поехать в Норвегию. В ее глазах читалась надежда. Я сделала глубокий вдох и решительно взяла в руки запечатанный конверт с координатами, которые отыскала для меня Алли. И наконец вскрыла его.

Проснувшись на следующее утро, я увидела слабый туман, стелющийся над рекой. А позже, когда занялась осмотром своего сада на террасе, обнаружила, что все вокруг покрыто обильным слоем росы. Конечно, в таком обилии зелени трудно было разглядеть первые следы увядания, разве что через микроскоп. Если, правда, не считать быстро отцветающие розы и другие летние цветы, высаженные в небольших горшках. Однако в воздухе уже явственно витал едва уловимый аромат приближающейся осени. Я невольно улыбнулась.

Да, осень уже в пути. Но я люблю осень, очень люблю.

Затем я снова поднялась наверх, выудила из нижнего ящика комода свою пластиковую папку и, не дав себе времени на размышления, чтобы – не дай бог! – мой чересчур аналитический ум не стал анализировать все возможные последствия собственного шага, тут же устремилась на ближайшую автобусную остановку.

А через полчаса я уже стояла возле книжного магазина «Артур Морстон Букс». Для начала я принялась разглядывать витрину, в которой разместилась экспозиция старинных атласов и карт, разложенных на выцветшем от времени пурпурном бархате. Я обратила внимание на то, что на одной из карт региона Юго-Восточной Азии Таиланд был обозначен еще своим прежним названием: Сиам.

В центре экспозиции стоял небольшой пожелтевший глобус на подставке. Точно такой же красовался и в папином кабинете в Атлантисе. Разглядеть с улицы, что творится внутри магазина, было практически невозможно. Несмотря на яркий солнечный день, торговый зал утопал в полумраке, точь-в-точь как в книжных лавках времен Диккенса, как они описаны в его романах. Какое-то время я мялась в нерешительности возле входа в магазин, прекрасно отдавая себе отчет в том, что, переступив порог, сделаю еще один шаг на пути в неизведанное, хотя и сама еще толком не знаю, готова ли отправиться в путешествие на поиски собственного прошлого.

С другой стороны, а чем я занимаюсь в настоящий момент? Веду пустое, бесцельное существование, не способна ни на что полезное и стоящее. А мне так хочется сделать что-то по-настоящему полезное.

Я извлекла из своего рюкзачка пластиковую папку и вспомнила последние слова Па Солта, которыми он закончил свое письмо ко мне. Быть может, хоть его напутствие придаст мне силы и решимости начать действовать. И то и другое было мне сейчас необходимо просто позарез. Наконец я толкнула входную дверь, мелодично звякнул колокольчик где-то внутри помещения. Потребовалось какое-то время, прежде чем мои глаза адаптировались к полумраку, царящему в торговом зале. Он напоминал мне старинную библиотеку: тот же паркет из темного дерева, на противоположной от меня стене огромный камин, отделанный мрамором, – своеобразный центр всей комнаты. Рядом с камином два кожаных кресла с подголовниками. Между ними низенький журнальный столик, заваленный стопками книг.

Я склонилась над столиком и открыла одну из книг. Тотчас же взметнулись вверх мириады пылинок, разлетелись в воздухе и закружили по комнате в потоке солнечного света, похожие на крохотные снежинки. Выпрямившись, я обвела взглядом помещение торгового зала. Бесконечные ряды полок, плотно заставленные книгами, протянулись вдоль всех стен.

Увиденное очень меня впечатлило. И обрадовало тоже. Пожалуй, схожие чувства испытывают некоторые дамы, попадая в модный бутик, забитый до отказа шикарными нарядами. Ну а вот я при виде такого обилия книг, можно сказать, сразу же почувствовала себя в нирване.