— Не меня одного. Ричард тоже в учениках ходит. — Уточнил Рей.

— Мистер Салех способен заставить страдать даже камень. Однажды он…

— Джентльмены, ну я же просил… — Простонал репортер в небо, усыпанное звездами.

Небо к стенаниям было глухо, джентльмены, впрочем, тоже. Кровавые байки шли одна за одной.

Так прошла ночь.

Утром в лагерь явился Херля.

— Великая героя! Пришла время новая подвиг! — Радостно заявил улыбчивый абориген.

— Снова кого-то убить? — Протянул Рей, зевая.

— Нет, не убивать, наоборот! Не убивать!

— О, значит выебать? Эт мы быстро! Надеюсь, она не слишком страшная? — Инвалид проявлял нездоровый энтузиазм.

— Мистер Салех, а если это будет обезьяна? — Ричард вылез из гамака. Ночи стояли теплые. А магия надежно защищала от гнуса. Чему дипломаты несказанно радовались.

— Ну, тогда мы попросим Илаю! — Салех накинул а плечи безрукавку.

— А почему сразу Илаю? Чуть что, сразу Эджин, это все, потому что я рыжий? — Недовольно буркнул дипломат. Он оттирал волосы от птичьего помета и злобно поглядывал на небо.

— Нет, Илая, это, потому что ты самый слабый. — Ответил громила.

— Великая героя, никого ебать не надо! — Наконец смог вставить реплику абориген.

— Это печально. И что за задание? — Рей, принялся протирать «Регину» ветошью.

— Ваша лечить! Народ Унара-Макута. — Ответил Херля. Он продолжал улыбаться.

Повисло озадаченное молчание.

— Мистер Херля, пожалуйста, поделитесь подробностями, в чем именно заключается наша миссия? — Первый в себя пришел Ричард

— Народ Унара-Макута болеть. Великая героя из лечить. Все славить великая О! — Исчерпывающе подробно ответил абориген и снова стал улыбаться.

Ричард тяжело вздохнул.

— Не нравиться мне это! — Гринривер решительно отложил в сторону ружье.

— Ты эту фразу повторяешь с самой столицы. — Рей занимался укладкой патронов в плетеную сумку.

— И вы мне тоже не нравитесь, мистер Салех. — Ричард повязал на голову какую-то тряпку. Он уже был обряжен в набедренную повязку из чьей-тошкуры. И сильно от этого страдал.

— Могучий белобрысый падла, что дал сильный пинок Великомы Ы сильно гневаться?

— Он перепил и не смог поучаствовать в оргии. — Ответил за компаньона Рей.

— Могучий белобрысый падла, что дал сильный пинок Великомы Ы совсем не уметь пить. Ничего, когда ваша лечить народ Унара-Макута, мы учить Могучий белобрысый падла, что дал сильный пинок Великомы Ы жрать бухлищу. Не грусти Могучий белобрысый падла, что дал сильный пинок Великомы Ы, мы дать тебе красивый баба а баба дать много бухлища чтобы она не сильно смеяться при виде твоя мелкая Дук-Дука!

— Мистер Херля… — Ричард болезненно потер виски.

— Да, Могучий белобрысый падла, что дал сильный пинок Великомы Ы?

— Вы можете называть меня Ричард!

— Но ведь это глупый имя, оно непонятный и него не значит, я не буду портить твой красивый имя и буду звать твоя Могучий белобрысый падла, что дал сильный пинок Великомы Ы!

— Можно просто Могучая падла! — Рявкнул графеныш. — Так зовут меня близкие друзья!

— Ура! Могучий белобрысый падла, что дал сильный пинок Великомы Ы теперь моя друга! Хорошо, Могучая падла! Это честь для меня! Моя и твоя драть моя жена и делать новая ребенка из нашей общей семени! А потом мы идти с тобой на большой охота! — Херля подбежал к Гринриверу и принялся его обнимать, подняв над землей. Тот придушенно охнул.

Илая прятал улыбку, Рей ржал.

На подвиги путешественники отправились в полдень. В этот раз сопровождающих было целых два десятка. Помимо пяти воинов с копьями к небольшому каравану присоединилась группа женщин с большими плетеными корзинами на головах. В корзинах можно было разглядеть крупных муравьев с раздутым прозрачными брошками. От них сильно пахло кислотой. А одна женщина постоянно окуривала корзины едким дымом. Видимо, усыпляя насекомых.

— Херля, а что это они все тут делают? — Поинтересовался Рей. Он нагрузил на себя весь доступный арсенал, справедливо рассуждая что «болезни всякие бывают». На нем были уже изрядно дырявые шаровары и жилетка.

Илая нес фотоаппарат с запасами пластин. В прошлом походе уцелели только штаны и ботинки, так что вместо рубахи его плечи укрывала чья-то шкура. На многострадальном котелке гордо восседал попугай. Ранним утром он принес репортеру тяжелый золотой браслет (уронил на голову). Глаза Илаи зажглись жадным блеском, и отношение между им и попугаем заметно потеплели. Не взирая на огромную шишку на затылке.

Ричард выглядел как местный. Набедренная повязка, плетеная панамка из листьев (больше напоминающая гнездо) в руках молодой человек нес небольшую котомку с патронами для Регины.