— Расстанетесь, и что тогда? Отцу придется брать подработку, чтобы тебя доучивать? Уже возраст не тот. А учиться еще сколько! Поздно ты решила поступать, дочка. Смирилась бы, курсы какие-то нашла трехмесячные. А лучше одумалась и позвонила Саше.

После восьмого июля, впрочем, стало полегче. Билеты в Москву сгорели и меня отпустило, словно других уже и не взять. Поезд ушел, самолет улетел, мосты сожжены. Саша перестал писать, смирился и бросился искать новую идею для заработка. Я хорошо поработала на него, он сильно поднялся на нашем канале. Я ему ничего не должна, мы расстались друзьями.

Мой снайпер любит, чтобы я отписывалась ему каждые утро и вечер, присылала фотографию, чтобы он видел мое настроение. Но со временем снова приключилась беда — теперь оно еле ползет. И эти строчки в книгах, которые иногда расплываются. Перечитываю, перечитываю одно и то же, потом как психану: дура! Похожу по квартире, проверю холодильник.

Выйду на улицу, посижу с соседками, поболтаем о том о сем. Они что-нибудь смешное про Нику расскажут. Он ей, оказывается, не разрешал ездить на своей машине, они слышали, как она отказалась брать такси, попросила ключи, он покрутил у виска и молча пошел в подъезд. Она мялась, мялась у подъезда, потом все же вызвала машину. Он, конечно, с ней плохо обращался, держал на расстоянии. Но со мной ведь все иначе? Почему тогда что мама, что будущая свекровь так смотрят, будто им меня жаль?

***

Скоро месяц, как я прилежно жду своего офицера, считаю дни, строчу ему романтические сообщения. Сижу в его квартире за книгами, делаю домашку, совсем как школьница. Через пару часов мне нужно выходить, чтобы успеть добраться до своего репетитора по химии, которая обещала подготовить меня к экзаменам. Мы с ней полны энтузиазма.

На столе вибрирует сотовый, на экране надпись: «Альбина». Моя приятельница из той, другой жизни, которую я оставила ради химических формул и ежедневного ощущения себя глупой неудачницей.

— Алё! Привет, Алька! — отвечаю на вызов. Странно, обычно она мне пишет в чате.

— Марго, дорогая, выходи!

— Куда выходить? — на всякий случай я поспешно подбегаю то к одному окну, то к другому — ни Альбины, ни кого-то другого нет.

— Как куда?! Мы возле подъезда стоим! — в трубке звучат голоса Софы и Дарины, они наперебой здороваются и зовут меня поторопиться.

— Вы в Красноярске, что ли? С ума сошли?! — сердце мгновенно ускоряется от волнения и внезапной радости. — Подожди, Аль, вы возле родителей, наверное.

— Да, мы стучались-стучались, а никто не открывает!

— Так они на работе, а я сейчас живу отдельно. У парня.

— О-о-о, — тянут они. — А с ним можно познакомиться?

— Берите такси, сейчас скину адрес! Познакомиться вряд ли, но я безумно, просто безмерно вам рада!

Через час девушки разуваются в Лешиной прихожей, я смотрю на них во все глаза и борюсь с желанием запищать от восторга. Не ожидала, что так сильно соскучусь! Три мои красавицы и умницы! Совсем не изменились: темные волосы — у Дарины и Альбины длинные, ниже талии, а у Софы — короткий стильный боб, — модная одежда, лучезарные улыбки. Они очень привлекательные, яркие и в этот момент кажутся мне такими родными, как никогда раньше.

Мы бросаемся друг другу в объятия, целуемся в щеки и некоторое время даже прыгаем, как в кино. Я думала, что больше никогда их не увижу. Они рассматривают квартиру, оглядываясь, слегка приподняв брови. Софа ставит на стол пакеты:

— Еле нашли диетические десерты. И винишко! У тебя есть бокалы? Нужно выпить за встречу.

— Еще только девять утра, — смеюсь я, открывая кухонный шкаф, в котором хранится посуда.

— Марго, мы с самолета! Нужно в себя прийти. Ты не могла свалить куда-нибудь поближе? — закатывает глаза Дарина. — Столько лететь! Чем плох какой-нибудь Воронеж?

Мы разливаем вино и чокаемся за встречу, а потом долго-долго болтаем без остановки. Я едва не забываю позвонить репетитору и отменить предстоящую встречу.

— Вы надолго прилетели? — спрашиваю у девочек.

— Пятнадцатого обратно. Ты же знаешь Саню, он кое-как на четыре дня отпустил! Да еще и всех одновременно, Анжелика сейчас одна отдувается.

Я киваю и говорю в трубку:

— Ольга Леонидовна, давайте отменим все наши занятия до шестнадцатого июля?

Мои губы всегда выглядели естественно, но при этом — соблазнительно. Я увеличивала их совсем чуть-чуть, чтобы акцентировать внимание, но теперь они вернулись к первоначальному скучному виду и стали… обыкновенными. Так же я сняла нарощенные пряди волос. Немного поправилась — буквально на два-три килограмма, но лицо стало круглее, а талия не такой безупречной. Девочки категорически забраковали мой простецкий внешний вид, как и Лешину квартиру, район и содержимое холодильника. Одобрили фигуру моего парня — я показала им несколько фотографий — и его машину, на которой мы объездили половину города, пытаясь хоть как-то себя развлечь.