— Не заберу, слышишь? Только перестань плакать.

— Не заберешь… — по щекам текут слезы, правда, уже не отчаяния, а счастья.

— Перестань, Ника, иначе я передумаю, — я делаю пару глубоких вдохов и перестаю всхлипывать. Решаю, что порадуюсь чуть позже, когда его не будет рядом, а сейчас… сейчас мне нужно успокоиться.

Внезапно понимаю, что так и прижата к телу Матвея, что он все так же обнимает меня за плечи и гладит рукой по волосам, а еще… я чувствую его сердцебиение. И едва ли оно медленней моего. Гулкие удары его сердца заставляют меня отстраниться и посмотреть на мужчину, который совсем недавно был жестким и властным, а вот сейчас бережно успокаивает и разбрасывается обещаниями не отбирать ребенка. Что с ним случилось? Что заставило его передумать? Едва ли он не переносит женских слез и готов на все, лишь бы не слышать всхлипов.

Между нами повисает неловкость. Я отстраняюсь и пытаюсь улыбнуться, правда, получается не очень правдоподобно.

— Я не с того начал, Вероника, — его уверенный голос разрезает тишину и нарушает возникшее чувство неловкости. — Я действительно не собираюсь оставлять ребенка на произвол судьбы и забыть о том, что он существует, но и отбирать его у тебя не стану.

Вижу, как тяжело ему даются слова, но он говорит их: уверенно и четко передает то, что хочет сказать, вселяя в меня еще большую уверенность в реальности происходящего.

— Спасибо, — я не знаю что говорить и боюсь, что он может передумать, хотя и понимаю, что мужчина напротив далеко не тот, кто может разбрасываться обещаниями налево и направо.

— Иди к себе, Ника, поговорим завтра.

Я надеялась, что мы обсудим все, окончательно расставим все точки над “i”, но когда он просит уйти, я ухожу. Разворачиваюсь и иду к себе в комнату, решая, что уступить — лучшая идея. Я не хочу думать почему он отступил, из-за чего принял кардинально противоположное решение и стараюсь полностью успокоиться.

Иду в душ, чтобы смыть с себя все переживания сегодняшнего дня и привести заплаканное лицо в порядок. Выхожу из ванной через час: расслабившись и окончательно успокоившись. Быстро надеваю теплые носки, натягиваю спортивный костюм и понимаю, что хочу есть. На часах семь вечера и я не собираюсь ждать, когда меня покормят. Спускаюсь вниз, чтобы найти кухарку, но меня останавливает звук голосов, доносящийся из подсобки.

— Простите, я не должна была, просто… вы ведь знаете, что я чувствую.

Я каменею. Мои ноги будто прирастают и я не могу сдвинуться с места. Кристина что-то сбивчиво говорит, а после я слышу уверенный голос Матвея.

— Мне плевать на то, что ты чувствуешь. Я предлагал тебе уволиться, ты сказала что справишься и не будешь мешаться под ногами. И что я вижу? Хамское поведение не только у тебя, но и у твоей матери, которая даже мою гостью кормила через “не хочу”. Вы уволены, обе. С Ангелиной я поговорю сам.

Дверь резко открывается и я не успеваю сориентироваться и спрятаться за колонну, возвышающуюся в метре от меня, поэтому встречаюсь со злым мужским взглядом, который при виде меня немного смягчается и теплеет.

— Тебе что-то нужно?

— Я хочу есть.

Он глубоко вдыхает, разворачивается к Кристине, которая выбежала следом, а после берет меня за руку и ведет на кухню. Я не знаю что там был за взгляд на девушку, но она как-то аж поникла и даже ни слова не сказала, виновато опустив голову.

Матвей усаживает меня за стол, а сам начинает открывать шкафы и что-то усердно искать. Я молча наблюдаю за тем, как он хлопает дверцами шкафчиков, как проверяет холодильник и вздрагиваю, когда он с силой опускает ладони на столешницу, издавая звук удара.

— Все в порядке? — спрашиваю, хотя понимаю что все НЕ в порядке.

Кухарки нет, прислуги, по всей видимости, тоже нет, да и Кристина с Ангелиной скоро отправятся восвояси. Я не знаю распорядка в доме, но по поведению Матвея предполагаю, что заниматься готовкой и накрывать на стол по вечерам должен точно не он.

— Не в порядке, — зло говорит мужчина, разворачиваясь ко мне. — Сегодня адов денек и он, черт возьми, еще не закончился.

— Я могу приготовить ужин, если хочешь. Мне не сложно.

— Не думаю, что это хорошая идея. Я закажу еду из ресторана.

— Не думаю, что еда из ресторана — лучший вариант для меня. Можешь заказывать себе, а я приготовлю себе сама, — я встаю со стула и направляюсь к холодильнику. Нахожу там овощи, зелень, мясо, по виду и запаху напоминающее говядину, а еще лайм, сметану и кучу других продуктов.

— Прости, — слышу его растерянный голос. — Моя экономка решила, что вправе всех отпустить, поэтому нет ужина.

— Ты странный, — я улыбаюсь. — Не извиняешься за нанесенные обиды, но просишь прощения за отсутствие ужина, хоть это произошло не по твоей вине.