– Учусь в МГИМО, подрабатываю фрилансом, – да, я опять соврала. Нет, не стыдно.

– Да? – он как-то подозрительно сузил свои нереальные глаза, просканировал с головы до ног, при этом задержавшись на груди. Ну да, тут мне есть, чем похвастаться. Согласна, откровенное платье не так уж и плохо. – Ну что ж, Кристина, фрилансер из МГИМО, мы приехали.

Я ошалело уставилась на новую высотку, сглотнула несуществующую слюну.

– Хорошо…

Макс заехал на парковку, заглушил мотор и повернулся ко мне всем корпусом. Ноздри заполнил его запах и, кажется, пропитал меня всю. Трусики отчего-то намокли, и я поняла, что даже если он окажется маньяком-убийцей, удушающим красивых девушек, а потом насилующим их безжизненные тела, я всё равно пойду с ним.

– Кристина, тебе не нужно меня бояться, – заявил серьёзно, глядя мне в глаза. Да что ж это, он мысли читает что ли? – Если не захочешь, ничего не будет. Я не насильник. Но хочу тебя предупредить: если ты войдёшь в мою спальню, это будет значить, что ты даёшь мне позволение на всё. Подумай, я не тороплю.

– Добрый вечер, Максим Константинович! – швейцар за стойкой вытянулся стрункой, а я покосилась на Макса. Консьержка из нашей общаги уже выгнала бы нас шваброй, чтобы «не шлялись в это время, проститутки и наркоманы».

– Здравствуй, Николай, – кивнул мой спутник и уверенно продолжил свой путь.

Завёл меня в лифт, нажал на кнопку. Ого… Одиннадцатый этаж. Высоко. Невольно поёжилась.

– Замёрзла? – тёплые руки легли на мою талию, огладили живот, и внизу снова всё закипело.

Нет, не холодно. С тобой жарко. И запах этот твой… Мммм… Это же преступление – так вкусно пахнуть. За такое судить надо.

– Нет. Высоты боюсь…

Стоит ли говорить, что одно осознание того, что я буду находиться так далеко от земли, приводит меня в ужас, и даже мокрые трусы не способствуют расслаблению.

– Понял, к окнам тебя не подпущу, – шепнул мне на ухо, обдав кожу своим теплом. – В принципе, нам не до этого будет. Обещаю.

Ооо, я не сомневаюсь, господин Секс. По ногам прокатилась дрожь, и я невольно оперлась о стену лифта. Вспышка возбуждения не прошла мимо его внимания.

– Потерпи немножко, скоро будем на месте, – шепнул хрипло, прикусил мочку ушка. Ооох, чтоб тебя!

Я сейчас, должно быть, выгляжу как озабоченная шлюшка, но ничего с собой поделать не могу. Сумасшествие какое-то. Он действует на меня, как валерьянка на кошку. Или ударная доза экстази на наркомана.

Лифт открывается, и он быстро выходит, таща меня за собой. Запястье горит от этого прикосновения, но я покорно иду за ним.

Открывает дверь, не особо нежно заталкивает меня внутрь и тут же, захлопнув дверь, прижимает мое дрожащее тело к стене.

Рвано выдыхаю, когда его руки отрывают меня от пола, вынуждая обхватить торс Макса ногами. Слышится треск платья. Последнее немного отрезвляет, потому что платье не моё, и утром я должна его вернуть, кровь из носа.

Но когда Макс отодвигает мои трусики в сторону и резко вторгается пальцами внутрь, забываю обо всём на свете.

Его напор яростный, какой-то сумасшедший. И движения отнюдь не ласковые, я бы назвала их грубыми. Но именно это мне сейчас и нужно. Вот такое исступление. Чтобы дрожь в коленках и влажно… везде.

Своим ртом он жадно набрасывается на мои губы, а язык нагло вторгается внутрь. Стону или, скорее, мычу, захлебнувшись от убойных эмоций, и выгибаюсь в его руках при каждом резком движении пальцев.

Наверное, не стоит и говорить, что ничего подобного со мной прежде не случалось. Я воспитана в строгой семье и никогда бы не пошла с первым встречным к нему домой… Раньше.

А сейчас сделала это. А ещё меня прижимает к стене здоровенный мужик и быстро трахает пальцами. Именно трахает. Потому что назвать это прелюдией не поворачивается язык.

Спина больно трётся о стену, но я продолжаю надрывно стонать и обнимать его за шею. Теку как какая-то нимфоманка и выгибаюсь, ударяясь головой о стену.

Он отстраняется, долго смотрит на меня, не прекращая резких движений пальцев. Словно в густом тумане я смотрю в синие глаза, и внизу живота начинает сжиматься пружина.

– Хватит, – неожиданно вытаскивает из меня пальцы, вынуждая теперь соскользнуть на пол. Не сразу осознаю происходящее и подаюсь к нему. – Я схожу в душ, а ты, – берёт меня за подбородок, надавливает большим пальцем на нижнюю губу. – Идёшь в мою спальню, раздеваешься, ложишься на кровать и ждёшь меня. Трогать себя я тебе не разрешаю.

Я слышу его сквозь оглушительный стук в ушах, но не уверена, что понимаю. Заторможено киваю и тянусь к его губам, но Макс не позволяет поцеловать его.