Шрифт:
– Может, бумагу слегка опалить по краям?
– предложил Логвиненко.- Для достоверности...
– Хорошая мысль,- одобрил Яцык.- Маслица машинного еще плесни, там в отсеке это есть. Но надо быстро. Времени - сутки. Я больше не смогу сдерживать информацию.
– Справимся, - Евгений задумчиво повертел в руке полиэтиленовый пакетик. А с этим что делать?
– Мне отдашь. И учти: никаких ксерокопий. Пусть твой человек с листа почерк срисовывает...
– Вопросов нет,- Логвиненко положил сверток в кейс и закрыл цифровой замок.- Теперь о том, что вы просили выяснить.
Начальник штаба Северного флота навострил уши.
– Командующий Северной группировкой войск Норвегии действительно собирается в отставку. Это уже решено, и приказа осталось ждать максимум месяц.
– Так...
– На Скоргена вышел наш человечек и прощупал почву. В принципе, за три-четыре миллиона Эйнар может подтвердить, что ему было известно о том, что с шестого по десятое августа наши самолеты искали какую-то чужую подлодку...
– Ага!
– Яцык обрадованно потер ладошки.- Это неплохо.
– Но говорить о поврежденной американской субмарине на их базе он не будет.
– И не надо,- адмирал пожал плечами.- Это не его вопрос... Насколько четкая договоренность?
– Я не могу выйти на Скоргена лично, потому на сто процентов не гарантирую. Но норвежский посредник утверждает, что все решено. Он нас никогда раньше не подводил.
– Деньги вперед?
– Половину.
– Это приемлемо. Узнай сумму поточнее, и я дам поручение банку.
– Понял. У меня все...
– Тогда отправляйся. И не забудь о сроке. Сутки!
– Я помню.
Когда за Логвиненко закрылась дверь, адмирал Михаил Яцык облегченно вздохнул, расплылся в довольной улыбке, опрокинул рюмку водки, закусил долькой апельсина и вернулся к документам, которые просматривал до прихода своего преданного помощника...
Продолжение следует