Ага, фирменный смузи, понятно. Официант ушёл, Вика сделала паузу в расспросах, давая самому Лёше возможность что-либо спросить. Но тот намёка либо не понял, либо спрашивать не захотел. Трудно с ним будет.

– Отец сказал, что ты живёшь недалеко отсюда. Как тебе этот район?

– Неплохой. Наверное. Я нечасто выхожу из дома, поэтому мне трудно что-то сказать о здешних красотах. Но вид из окна у меня изумительный.

– Понятно. А я постоянно в разъездах. Раскопки, аукционы, сделки, светские рауты. Иногда и рада бы посидеть с книжкой у окна, но расписание не позволяет. А ты чем дома занимаешься?

– Гейм-дизайном, – после небольшой паузы ответил Лёша. – Есть один игровой проект, в котором я помогаю довести до ума некоторые локации и квесты.

– О! И как скоро игра выйдет на рынок? – оживилась Вика.

Если о прошлом Алексея Шотова было известно практически всё, то о настоящем – лишь крупицы сведений. Взломать его узел связи даже спецы отца не смогли, а все попытки внешнего наблюдения терпели провал. Вика не знала причин, но знала их последствия. О том, что происходило с Лёшей с момента ухода из игры и до сего дня было известно очень мало. И это беспокоило отца. Теперь хоть понятно, почему он практически не выходит из дома и не появляется в Интерсети. Он работает над дизайном игры! Да, он перегорел, но это лишь помогает смотреть на локации холодным взглядом профессионала.

– Будет зависеть от спонсоров. Тот, кто нам помог в самом начале, погиб. Его жена сейчас судится с советом директоров за вступление в наследство. Она согласна продолжить дело мужа, но пока сама вынуждена перебиваться случайными заработками.

О, так вот каким образом Сомовы оказались с ним связаны! Спонсор, семья которого после его смерти оказалась в трудном положении, понятно. И небольшая услуга со стороны Лёши для вдовы. Вполне стройная гипотеза, кстати.

– Значит, твои артефакты – из коллекции Сомова, – скорее утвердительно, чем спрашивая, сказала Вика.

– Не совсем, – улыбнулся ей Лёша. – Я расскажу тебе эту историю по дороге в ночной клуб.

Забавная она. Так старательно пытается всё выяснить обо мне. Каждую мелочь, каждое слово рассматривает под микроскопом. Археолог и искусствовед, ага. А я простой курьер и бета-тестер. Не, я же сказал, что я гейм-дизайнер. Надо запомнить, кстати.

– А почему ты не попросишь моего отца профинансировать вашу игру?

Вот въедливая. Тебе же уже салат принесли, ешь спокойно.

– Да мы с ним виделись всего три раза, куда там. К тому же, спонсор вроде как нашёлся, я просто этим не занимаюсь. Я только в игровом заработке силён, реальный мир для меня загадка, – с лёгкой грустью в голосе выдал я.

– А для меня наоборот, все игры – сплошное белое пятно, Терра Инкогнито, – пожала плечами Вика. – Некогда абсолютно. Сначала учёба, потом работа. Потом будет семья, дети, их обучение. А потом уже будет не до этого. Брату повезло, у них в академии был целый курс практики в "Эре героев". Изучение социума, взаимосвязей, способов влияния на группы людей, практика по управлению кланом.

А вот это было интересно. Действительно интересно. Она что, ни разу не играла, что ли? Я посмотрел на неё другим взглядом. Дитя, росшее в реале, а не в вирте, как большинство из спальных башен. Которого учили люди, а не обучающие программы. У неё есть полноценная семья. Отец, мать, брат. Может, даже не один брат. Или не одна сестра. И если они не проводят свою жизнь в вирткапсулах, то как это? Семейный завтрак каждый день, как и у меня сейчас? Минутку. То есть сейчас моя пати – это аналог семьи? Ну да. Если клан – это школа жизни, то пати, с которой ты проводишь большую часть времени, становится твоей семьёй. А у меня ситуация такая, что именно сейчас мы с моим братом Митькой и его женой Миланой, а ещё и с Ольгой, моей внучатой племянницей (да, дико, я понимаю, но что поделать?), не только живём вместе, но и являемся настоящей, полной констой. И по вирту, и по реалу. При этом мы являемся родственниками. Твою душу, у меня есть семья! И, похоже, меня определили в её лидеры даже без моего согласия. Не, ну а кто ещё из них может рулить в данжах? Только у меня есть реальный опыт подобных дел. Ни у Солы, ни у Дима с Ланой такого опыта нет. Про Тима молчу. Он хоть не полный нуб, но иногда так тупит… Мда.

– Прости, задумался, – сказал я с улыбкой. – Просто впервые увидел человека, который учился в реальности.

Вика слегка смущённо улыбнулась.

– Да, понимаю. Я только тесты сдавала в капсуле. Хотя это у меня в семье такая архаика. В других семьях часть обучения проводят в виртуале. Особенно по тонкостям диалектов и региональной специфике. Практикум по управлению вообще перенесли в онлайн. Многие клановые школы управляются отпрысками детей золотого миллиона и серебряного миллиарда. В рамках учебного курса по управлению персоналом.

Я не выдержал и рассмеялся. Тихо. Стараясь превратить смех в улыбку. Как она серьёзно это всё сказала.

– Это не секрет, – справившись с эмоциями, сказал я. – Это все знают. Многие, кстати, потакают этим отпрыскам, надеясь на то, что знакомство перетечёт и в реал. Не знаю, где рулил твой брат, но слышал много нелестного о таких управленцах. Нормальный анализ игровой механики большинство тупо ленится сделать, руководствуются шаблонами из теории, а по итогу выходит фигня.

– Да? Интересно, а какие бы у тебя баллы были по экзамену? Хочешь пройти, а?