Ограда кладбища представляла из себя ржавые железные конструкции из висящих между прутьями квадратов и ромбов, и в настоящий момент большая её часть была давно повалена. Могилам тоже досталось — когда покойники разрывали их изнутри, то о сохранности своей последней жилплощади как-то не думали. И все, что мешало духам двигаться по направлению к добыче, они руками своих марионеток безжалостно разбивали на мелкие кусочки с воистину чудовищной силой. Да и ведение боевых действий с ракетным обстрелом созданной вампирами костяной башни повалило немало крестов и памятников. Заехавшим внутрь тракторам, очищающим дорогу для прочих машин, даже не пришлось особо лавировать между чудом уцелевшими участками, большую часть территории они своими действиями не оскверняли, а скорее облагораживали, сгребая в кучу строительный мусор, а также изувеченные гнилые тела в обрывках строгих формальных пиджаков и темных траурных платьев. Жаль только, безобразное поведение вновь начавших топтать землю усопших не давало повода считать сопровождаемый массовым поднятием зомби апокалипсис серьезным мероприятием.

— Стоп! А еще лучше чуть-чуть назад! — Отдал я команду, когда до подножия костяной башни осталось от силы метров сто. На моей голове после уничтожения последних врагов в зоне видимости вместо шлема или на худой конец обычной каски красовались магические очки, и через их зачарованные стекла было видно, что земля тут в энергетическом спектре одновременно наливается чернотой и имеет какое-то нездоровое зеленое свечение. И чем ближе к постройке, тем цвета одновременно и темнее и ярче. — Тут какая-то аномалия! Или даже ловушка…

— То-то все у нас идет слишком гладко, — пробормотал себе под нос Мирохин, пока водитель судорожно пытался сдать назад по собственным следам и вместе с этим не врезаться ни в один тракторов. — И на что эта магическая хренотень похожа? Какие-нибудь рунные мины?

— Вряд ли. Скорее земля рядом с башней пропитана какой-то энергией…И учитывая, кто её создавал, я сомневаюсь будто она полезна для нашего здоровья, — я был готов к тому, что при разборе костяной башни может потребоваться взаимодействовать с чем-нибудь опасным для здоровья. — Огнеметчики! Расчистить дорогу! Вектор атаки от семидесяти до ста двадцати градусов, если брать за девяносто капот моего броневика. Граница аномалии начинается в тридцати метрах!

Самодельный напалм, сделанный из топлива, которое плескалось в найденных на запасных путях цистернах, окатил кладбищенскую землю пылающей волной. Но когда слизнувший сухую траву и обломки деревянных крестов огонь погас, напоследок слегка подкоптив попавшую в зону поражения парочку гнилых трупов, я с неудовольствием обнаружил, что неплохо прожаренный грунт своих мистических свойств не утратил. Верхние слои почвы очистились от влияния подозрительных энергий…Но то, что лежало на глубине хотя бы нескольких сантиметров нисколько не пострадало, и потому сократившая было аномалия за считанные секунды вновь вернулась к прежним размерам.

— Стойкая пакость, — был вынужден признать я, после того как озвучил результаты своих наблюдений и дал Мирохину посмотреть в волшебные очки на не особо пострадавшую аномалию. — Но насколько она опасна? Готовьте длинный щуп и аквариум с тестерами!

— Понял, сейчас все будет, — откликнулся стоящий у ящиков с припасами ведьмочка из числа моих подчиненных. — Но может лучше одну из клеток?

— Прибережем их пока, — отрицательно покачал головой я, не желая впустую разбазаривать редкие и капризные в содержании ресурсы. — Если ничего не случится с рыбками, используем птичек, ящерок или мышей.

Караси, лещи и прочие обитатели затопленной канализации, которых там ныне плескалось столько, что хоть на голый крючок лови, были вполне себе живыми существами. И содержать их было не в пример легче, чем какую-нибудь иную живность, которая так и норовила из клетки удрать или протянутую к ней руку больно тяпнуть. Впрочем, несколько то ли крупных мышей, то ли меле ких крыс у нас с собой имелось, а у соседнего борта тряслись в кошачьих переносках два голубя и один варан. Или динозавр, который пока просто вырасти не успел — в живой уголок отловленного за крепостной стеной пленника не отправили в связи со скверным характером и отсутствием мало-мальской мимимишности, и мне этого было более чем достаточно, чтобы использовать данное животное во славу науки и человечества. Ну, то есть засунуть в то место, куда людям руки тянуть может быть опасно.

Пластиковая бутыль литров на пять с обрезанным верхом, внутри которой плескалась вода и отчаянно металась в поисках выхода парочка рыбок размером с ладонь, была выгружена на землю кладбища и аккуратно задвинута за границу магической аномалии. А после обитатели импровизированного аквариума вообще взбесились, начав носиться туда-сюда с жуткой скоростью и биться головами о прозрачные стенки своей тюрьмы! Были бы они чуть покрупнее — могли бы её и вовсе опрокинуть и расплескать, таким образом совершив самоубийство. Не стоило являться лучшим в мире детективом, чтобы догадаться — им вдруг стало куда более некомфортно, чем в тесной емкости, которая тряслась на всех встречных ухабах, кочках и костях. Ну и еще зачарованные линзы, благодаря которым было видно как рыбок покидают отнюдь не великие запасы жизненной энергии, словно всасываемые в кладбищенский грунт, подсказывали причину их аномального поведения.

— Время смерти мелких живых существ в аномалии — примерно полторы минуты, — констатировал я, когда оба невольных испытателя всплыли кверху брюхом с разницей в ничтожную пару мгновений. — Проверим, насколько дольше продержится там обладатель большей физической массы и, соответственно, большего количества праны. Давайте варана!

Ящер, в отличии от рыб обладающий прекрасно развитыми голосовыми связками, громко и противно верещал в своей переноске до тех пор, пока не издох. И сделал он это примерно в два раза быстрее, чем куда более мелкие рыбки. Не то вода служила неплохим изолятором от той пакости, которой оказалась пропитана территория кладбища, не то это воздействие было специально предназначено для максимально быстрого уничтожения потенциальных угроз, и крупная рептилия под данную категорию попадала намного сильнее молодых карасиков.