— Кир, — я выдыхаю едва слышно, потому что голос не слушается, но Кир останавливается.

Разворачивается ко мне и вихрем возвращается обратно. Приближается почти вплотную, нагло буравя злым взглядом, и выдыхает прямо мне в лицо:

— Никогда. Слышишь, никогда больше не называй меня так. Вообще, не обращайся ко мне, поняла? Забудь, что где-то в этом мире существует охуительная замена твоего идеала, потому что, этой замены больше нет, ясно?

Я смотрю на его искаженное злостью лицо, слышу шумное прерывистое дыхание и не хочу верить в то, что он действительно это произнес.

Нет. Он не мог.

— Зачем ты так? — шепчу едва слышно, забывая о том, что мы в кафе и вокруг нас люди, а где-то сзади стоит Мирон.

Кир пожимает плечами и чуть подается назад, хмыкая:

— По-моему ровно так, как ты того заслужила.

Я вижу, что он собирается уйти. Знаю, что развернется и зашагает прочь, навсегда уходя из моей жизни, но просто не могу позволить этому случиться, бросаюсь к нему в объятия и крепко обхватываю руками его шею.

— Не уходи, Кир. Пожалуйста, не уходи.

Чувствую, как его руки сжимаются на моей талии, как мужчина проводит ладонями по спине и даже, кажется, втягивает запах моих волос. Точно так же, как когда-то. Во мне зарождается надежда. Я начинаю верить в то, что он поверит и не уйдет. Он ведь хороший, надежный, мой Кир.

— Никогда, Ева. Никогда больше не касайся меня.

Кир отталкивает меня так, что я тут же оказываюсь рядом с Мироном. Отталкивает и усмехается, смотря на то, как Мирон тут же поддерживает меня, приобнимая за плечи, окидывает нас презрительным взглядом, разворачивается и уходит.

Я не могу поверить, что он оставил меня.

Кирилл

Какая задница. Взгляд сам собой прилип к аппетитным полушариям, тесно обтянутым тканью. Манящие булочки брюнетки покачивались из стороны в сторону, привлекая к себе взгляд и завораживая меня.

В штанах тут же стало тесно. Я сбавил скорость, перестроился и поехал на парковку для студентов, вот только взгляда от приглянувшейся попки так и не отвел.

В этот момент я услышал скрежет металла и чертыхнулся.

Блять! Пока я не мог отвести взгляд от милой попки, какая-то баба начала выезжать с парковки.

Машина затормозила и с водительского места выбежала заполошенная девочка. Я снял шлем и уже приготовился выслушивать нравоучения этой малявки, при виде которой мой стояк тут же испарился.

Девушка была одета в какое-то мешкообразное пальто, на голове болталась вязаная шапка, не по размеру, как будто она стащила ее у змея Горыныча, который грел все свои три головы в ней разом.

Огромные голубые глаза на пол лица и пухлые губы. Ничего особенного в девушке, кроме рта, не было, если конечно она умела им работать.

Встретился с ней взглядом и поймал в нем немое обожание.

И эта туда же. Часто задышала, приоткрыла губы и захлопала ресницами. Она походила на Лунтика из мультика, который любила смотреть младшая сестренка. Не девушка, а святая простота, но все равно хотела меня так же как и все остальные.

— Я заплачу за сервис. Давай, только без инспекторов, ок?

Девушка в огромной шапке еще пару раз моргнула, затем покраснела как самый настоящий помидор и, запинаясь, произнесла.

— К-конечно. Как скажешь, Мирон, — выдала и широко улыбнулась, будто в ожидании похвалы.

Я спрыгнул с байка и медленно подошел к ней. Когда между нами не осталось никакого расстояния, девчонка перестала дышать и смотрела на меня во все глаза, не моргая.

Я наклонился и, уловив приятный аромат свежести исходящий от девушки “а-ля святая простота”, прошептал:

— Ты ошиблась, малышка, я не Мирон, я Кирилл.

Отстранился и с наслаждением принялся наблюдать за реакцией девушки.

Она наконец-то прикрыла свои манящие пухлые губы. Нахмурилась, округлила глаза, а потом, прищурившись, произнесла:

— Ты брат Мирона?

— Бинго! — потянулся в карман куртки за телефоном. — Скажи номер карты или телефона, к которому привязана карта, я переведу тебе на ремонт.

— Не надо, — решительно ответила девушка, а в ее взгляде появилась уверенность.