Шрифт:
– Мертвые не волнуются. Они подвинутся, если вам неудобно, поднимут руку, если вас заинтересовала мышечная механика. Да даже если они просто лежат – все равно, что может быть проще, чем прооперировать мертвого?
Несмотря на такие заявления, его пациенты чаще выживали, чем умирали.
В столице уже приготовили пышный прием, гонцы прибегали один за другим, интересуясь, когда же король вернется в свой Ледяной Замок.
Но Оберон не торопился. Ему нравилась свобода от будничных дел, которая появлялась в походе, и если при наступлении мысли заняты необходимостью победы любой ценой, то после битвы можно просто отдохнуть.
– Их были сонмы! Тысячи тысяч оживших мертвецов, Ледяной Король ростом до неба!
– Он ниже тебя. – Эссия поворошила затухающие угли. Она не торопилась назад, надеясь на чудо – брат мог выжить.
Нет, не так: Кайт не мог умереть.
– Он же маг! Чародей! Он вырос выше деревьев, он рвал нас, как дешевую тряпку!
Жалкое зрелище – отступающая армия. Грязь, кровь, попытки объяснить собственный проигрыш чужой магией.
– Кайт!
Брат вышел из редкого подлеска, подволакивая левую ногу. Эссия бросилась ему навстречу и только в последний момент отшатнулась – даже в худшие времена Кайт не выглядел так плохо.
Она не сразу поняла, тренированное тело сработало быстрее разума, драконий амулет плавился раскаленным оловом на груди.
– Нет! – Эссия насадила брата на меч, но он не остановился, а только постарался продвинуться вперед. – Нет!
Вытащить меч, шаг вбок, удар, наклон – никто не отвечает, но это уже рефлекс – удар, поворот, удар.
– Кайт…
Ее спутники – дезертиры и трусы – сбежали, не ожидая исхода схватки с поднявшимся мертвецом. С ее братом.
Эссия села на холодную землю и зарыдала. Рядом дергалось в бессильных конвульсиях то, что еще несколько дней назад было Кайтом – одним из лучших рыцарей Юга.
…Мы грянем завтра в бой, под золото знамен,Пусть будет враг разбит и – предан – прах земле,Иди смелее, – князь, – ты дерзок и силен,И армию – южан веди за солнцем вслед…Они стояли втроем на балконе ратуши. Внизу гулял народ, солнце приближалось к горизонту.
– Папа, это уже просто неприлично, в Ааллоне должны увидеть наследника престола. Люди в столице изнывают, а местные между тем даже пальцем в меня тыкать перестали, до того привыкли!
– Насидишься еще в столице. – Король Льда рассеянно погладил молодую сову. Старая чуть не погибла во время боя, и Оберон отправил ее, единственную, в Ааллон – пусть на ней репетируют поздравления и славословия.
– Я тоже за возвращение. – Герда обняла мужа сзади за плечи.
Король Льда тяжело вздохнул, и вдруг стало видно, что он ниже жены. Мощнее, основательнее, но – чуть-чуть ниже.
– Вы думаете, я вернусь победителем? Вы ошибаетесь. Почти две тысячи лет назад я выбил из этой страны орду варваров, не знавших железа. Раз в пятьдесят-сто лет они возвращаются, и их все больше и больше. Они научились обрабатывать металлы, шить хорошую одежду, у них есть театры и поэты.
– У нас тоже есть, – рассмеялся Шут.
– Сейчас они пришли с боевыми машинами, и их очень много. Мы – те же, что и две тысячи лет назад. Они превосходят нас численностью и стали гораздо сильнее. Вы знаете, что будет, когда они придут через сто лет?
– Мы их выбьем еще раз, – легкомысленно заявил Дагда.
– В ту ночь, когда семья объединилась, у меня было видение.
– Я помню, – отметила Королева Льда. – Ты обещал рассказать.
– Я видел большие шары, плывущие в воздухе. Чадящие машины, ползущие по земле. Я видел, как мы проигрываем битву за битвой, теряя лучших людей и друг друга.
– Ты слишком стар, муж мой, – рассмеялась Герда. – Сто лет – это очень много. Лично меня сейчас гораздо больше волнует возвращение в столицу. Кэйти нужна теплая постель.
– Кэйти? – заинтересовался Оберон. – Снежной кошке? Ты собираешься брать ее на наше ложе?
– У тебя в замке прохладно. А кошки совсем не мешают, лежат, ноги тебе греют.
– Она же весит больше, чем я в полном доспехе!
Герда рассмеялась:
– Муж мой, ну какая разница, сколько весит Кэйти, если через сто лет к нам придут твои южные варвары и все здесь захватят?
– Ловко, – улыбнулся Дагда.
– Туше, – согласился Король Льда.
Солнце тронуло ободом крыши.
Был теплый вечер, был закат.
Теплый закат Ледяных Королей.
Письма московскому другу
Февраль, 2017
Здравствуй, златоглавая!
Грядет еще один человеческий день, в котором мы не встретимся. Но, отчаявшись когда-нибудь приблизиться к тебе, услышать ласковый голос курантов, прикоснуться к семи холмам, – я все-таки начну новый день.