– Ритуля у меня не пьёт, - проговорил Серёжа и подмигнул Рите. Что бы это ни значило, ей стало легче.

– Похвально, - засмеялась Юля. – А мы пьём, разливайте, мальчики.

Она явно чувствовала себя в ударе, королевой вечера, первой красавицей, второй и третьей тоже, Рита не бралась в расчёт, более того, время от времени даже не замечалась. Игнорировалась, как тень от беседки.

– Ой! – вдруг взвизгнула Юля и уставилась на Олега Евсеева, прямо посредине разговора с Маратом. – Я тебя знаю. Целый вечер вспоминала, вспомнить не могла! Ты Евсеев. Красава! И никто не сказал, - укоризненно воскликнула и посмотрела на Серёжу, будто он обязан был отчитаться перед ней лично, кто такой Олег. – Я даже подписана на его инстаграм, - с гордостью провозгласила Юля.
– Вот, смотрите, - полезла в телефон, открыла программу и стала всем показывать, как личную заслугу. – А можно мне с тобой сфотографироваться?

Вопрос адресовался Олегу, но был лишним. Юля уже подошла к Олегу, уселась вплотную и крутила телефон, делая селфи.

– Вот это да, чистый восторг! – Юля рассматривала получившиеся фотографии. – Я выложу? – вопрос был формальным, она уже с энтузиазмом выбирала фильтр. – Надо же, сам Красава!

Олег улыбался заученной улыбкой, Рита сразу увидела разницу между тем, как он улыбался до этого, в квартире Риты или дома, в кругу огромной семьи, сегодня, Матвею, и тем, как изменилась улыбка, когда его узнали и бесцеремонно нарушили личное пространство.

– Олег, а у тебя дама сердца есть?
– игриво прощебетала Юля.

– Моё сердце свободно, - ответил Красава, как на пресс-конференции, точно таким же тоном, не меняя приветливого выражения лица.

– А какие споры были под той фотографией с ребёнком! Это же девочка, да? Даже нашли её маму, а потом всё опровергли. Это же твоя дочка, да? Или ребёнок кого-то из друзей? Хотя, выставлять фотографию дочери друзей странно. Ты же что-то хотел сказать той фотографией, да? Девочка, кстати, на тебя похожа, ты знаешь это?! Рита, ты видела? Видела?

– Это фотография племянницы! – вспылила Рита. – Может быть, вы перестанете обсуждать жизнь человека? Не приходило в голову, что ему это может быть неприятно? Он сюда не в качестве экспоната для селфи приехал, а тренироваться с Матвеем Леонидовичем.

– Ой, ну ладно, не надо так визжать, аж уши заложило, - фыркнула Юля. – Олег взрослый мальчик, если ему что-то не нравится, может сказать сам. Давайте лучше танцевать. Дамы приглашают кавалеров!

Юля протянула руку Марату, другой настроила беспроводную колонку и двинулась из беседки. Недалеко, остановилась там, где светлое пятно от фонаря заканчивалось, а от другого ещё не начиналось.

– Ритуль, что ты разошлась?
– укоризненно проговорил Серёжа. – Олежека многие узнают, он знает это. Да и инстаграм этот, я уверен, для привлечения таких вот фанаток заведён. Это всё реклама, деньги, нам с тобой не понять, пойдём лучше потанцуем.

– Я не умею, ты знаешь, - Рита отвернулась, взгляд невольно упал на танцующую парочку. Видно было плохо, но движения Юлии Павловны были плавные, она точно умела танцевать.

– Это не конкурс, - усмехнулся Серёжа. – Не с Красавой же мне танцевать, - он засмеялся. – Такого позора я не припомню даже в пионерском лагере, - пошутил Серёжа. По возрасту он не мог ездить в пионерский лагерь и не застал пионерскую организацию, а Рита и подавно.

Они немного потанцевали, кружась на пятачке земли между двумя пятнами света, пока Олег в одиночестве пригубил коньяк и в задумчивости смотрел по сторонам. Потом Юлия Павловна решительно двинулась к Серёже и пригласила на «белый танец», всё под то же игривое «дамы приглашают кавалеров». Серёжа прошептал слова извинения Рите, она с трудом равнодушно пожала плечами, обещая себе в сотый раз за вечер, что избежит прилюдной сцены, чего бы ей это ни стоило, при этом не веря в себя. В это время за руку её взял Марат и галантно повёл в танце. Насколько может быть галантным танец борца и девушки, не умеющей танцевать.

А потом Рита оказалась в руках Евсеева Олега. От него всё ещё пахло гелем для душа, Рита подумала, что такого аромата не встречала раньше, а ещё коньяком, совсем немного. Олег почти не пил, подносил рюмку ко рту, а потом ставил почти целую обратно. Он держался на расстоянии, только большой палец поглаживал поясницу, скользнув под футболку. Почти невинный жест, учитывая, что футболка широкая и короткая, по пояс, и настолько интимный, что у Риты замирало сердце и отчаянно хотелось, чтобы палец заменила горячая ладонь и сместилась ниже пояса…

Так они и танцевали. Параллельными парами. Долго… Непростительно долго. Целых две песни.

У Риты появилось новое занятие. Странное, нездоровое, но притягательное. Утром она брела на тренировку Серёжи с группой малышей, там привычно садилась на подоконник, подобрав коленки к подбородку, и невидящим взглядом смотрела в стену напротив.

Рядом копошились малыши, борьбой это трудно было назвать, хотя Серёжа каким-то образом находил, за что похвалить каждого, а в конце занятия выдавал «награду» - кругляшок из морковки, посыпанный сахаром. Пятачки эти каждое утро нарезала Рита собственноручно. Рита помнила, как Серёжа экспериментировал – угощал сухофруктами или орешками, но никакого энтузиазма это не вызывало. Конфеты было выдавать не педагогично, к тому же, некоторые родители ограничивали детей в сладком, а вот морковка с сахаром пошла на ура.