— Работаем.

Расстояние — около сотни метров, поправок не надо. Голова? Торс?

Слегка поблуждав, прицельная марка остановилась на затылке топтавшегося у капонира часового.

Но едва я прикоснулся пальцем к спусковому крючку, как на батарее резко взвыл ревун. В то же мгновение из казармы начали выбегать бритты и организованной толпой стремглав понеслись на позиции.

— Что за хрень? Учебная тревога или боевая?..

Тем временем, рассчеты разбежались по орудиям, из погребов потащили тележки со снарядами и картузами пороха. Остальные солдаты занимали позиции для круговой обороны, а офицеры полезли на вышки управления огнем.

Твою же мать, да тут не меньше двух с половиной сотен личного состава, а нас всего тридцать человек. Такой вариант развития событий предусматривался, но… ничего хорошего нам не сулил, так как орудия надо вывести из строя в любом случае — пусть даже лобовой атакой.

— М-мать… — ругнулся я шепотом. — Бычок, Дылда, Малыш… сначала работаем по боезапасу. Остальным приготовится к атаке. Пойдем тремя звеньями. Цель — крайний ход сообщения…

Орудия уже заканчивали заряжать, а наводчики устроились в своих сиденьях.

Я зло чертыхнулся про себя и взял на прицел пачку пороховых картузов на тележке возле ближайшего к нам орудия. Сами снаряды долбить бесполезно, пуля не пробьет, да и пироксилиновая начинка не сдетонирует.

Винтовка чихнула, пенек прицельной марки дернулся, а на сером шелке появилось небольшая рваная дыра, из которой ручейком посыпались короткие стерженьки пороха. Солдатик рядом недоуменно оглянулся, но ничего не заметил и опять уставился в сторону воды.

— Сука…

Лягнул затвор.

Сухой щелчок.

В этот раз из дырочки потянулась слабая сизая струйка, но потом, картузы разом мгновенно вспыхнули, взметнув в воздух веселый фонтан искр.

Пожары занялись почти одновременно на всех позициях. Моя пара снайперов время зря не теряла, к тому же, со своего направления заработала группа Рауля.

Я отстрелял магазин, последним выстрелом ссадив офицерика с вышки управления огнем, перекинул винтовку за спину и взялся за карабин.

Среди бриттов поднялась дикая паника, солдаты сыпанули с позиций, но командиры вполне успешно начали их загонять назад. Порох быстро сгорел и никакого ущерба не нанес — на позициях просто нечему было гореть — сталь и камень, а остальной боезапас был надежно укрыт в капонирах далеко от орудий.

Солдаты в траншеях открыли ураганный огонь, но мы уже успели проскочили к рубежу последнего рывка и залегли.

Я перевернулся на спину, выхватил из подсумка гранату, одним движением скрутил колпачок на рукоятке и рванул за кольцо.

Весело кувыркаясь «колотушка» по высокой дуге взмыла в воздух и оставляя со собой тоненькую струйку дыма упала в траншею.

Бабахнул негромкий взрыв, из окопа взметнулся клубок пламени. Раздались истошные вопли, сразу заглушенные следующим взрывами.

— Вперед…

Проскочив последний десяток метров, я спрыгнул в траншею, прямо на корчившегося на ее дне солдата. Китель на нем дымился, а вместо лица алело кровавое месиво. Рядом с ним валялось еще пара трупов.

— Пошли, пошли… — заорал я и зашвырнул за угол следующую гранату.

Вперед выскочил Леонард Кристианс по прозвищу Солома, белобрысый крепыш с Мадсеном в руках. Басовито застучала пулеметная очередь.

— Пошли, пошли…

До окончания траншеи мы добрались без потерь, но, когда уже перескакивали из нее уже на позицию первого орудия, Красавчик Альфред Мартенс, который тащил в ранце на спине заряды для подрыва пушек, вдруг исчез в ослепительной вспышке.

Взрывом меня зашвырнуло в капонир и с налета садануло об орудийную станину.

Все вокруг бешено завертелось, во рту резко пересохло, а потом наступила сплошная темнота.

Правда ненадолго, уже через мгновение я очнулся, сгоряча куда-то ринулся на корточках и только ударившись об бетонную стенку барбета окончательно пришел в себя.

— Доклад, живо…

Очень скоро выяснилось, что нам удалось занять все позиции, погиб один Красавчик, еще пару человек слегка оцарапало и контузило. Группа Рауля обошлась только легко ранеными. Бритты пытались атаковать, правда Мадсены быстро убавили энтузиазма, они откатились, но не прекращали бешенный обстрел.

— Занять оборону… — я прислонился к стене капонира и зло чертыхнулся.

Ну и что делать? У Рауля заряды остались целыми, хватит на все орудия, но дело в том, что нам деваться некуда — зажаты в капонирах. При взрыве обязательно зацепит. Значит, надо будет пробиваться назад к воде. А там уйдем вплавь под скалами. Но это только после того, как жахнут английские лоханки.

— Так… — я глянул на часы. — Осталось всего десять минут. Ну… плюс-минус… мать его ети, гребаную химию Веника. Стоп…