— Пойду, — решила Ника, хотя была совершенно не готова к предстоящей встрече.

Отец сидел в гостиной и вид имел какой-то обречённый. В свои пятьдесят два он выглядел несколько старше и таким до боли уставшим, что у Вероники сжалось сердце. То, как он осунулся после её расставания с Пашей, не шло ни в какое сравнение с тем, насколько изменился с сегодняшнего утра.

— Ксюша, болтушка… — проронил он.

— Да, она сегодня была… красноречива… — выдавила Ника и устроилась рядом с ним на диване, а потом положила голову ему на плечо и обняла крепко-крепко. — Папочка, любимый… — слёзы снова закапали из глаз. Она, наверное, израсходовала сегодня годовой запас.

— Ника, доченька, только не чувствуй себя виноватой, — он гладил её руку и, кажется, сам едва сдерживал слёзы. — Мои ожидания — это только мои ожидания. Ты не должна из-за меня портить свою жизнь или быть с тем, с кем не хочешь. Не знаю, что случилось у вас с Пашей, но если ты передумала, полагаю, это не просто так.

Но знай Ника о болезни отца, согласилась бы на свадьбу, уехала бы с Дроновым ради высокой зарплаты и возможности помочь? Теперь сложно сказать. Но если бы так поступила, то, получается, продалась бы ради спасения папы? Может, всё-таки хорошо, что не знала?

Они ещё долго сидели вот так вдвоём. Ни мама, ни Ксюша не входили в комнату, и это хорошо. Вероника, кажется, выплакала всю жидкость, которая была в организме. Резь в глазах была невыносимая, но Ника не двигалась с места и лишь иногда смаргивала, чтобы ослабить неприятные ощущения. Отпускать папу не хотелось. Казалось, стоит уйти — и всё, она его больше не увидит.

Насилу ему удалось уговорить её немного отдохнуть и отвести в спальню. Но и там Ника долго его не отпускала, а лежала на постели, вцепившись в руку. Они просто молчали, но сейчас слова были и не нужны, каждый прекрасно понимал чувства другого. Через некоторое время заглянула мама и увела отца пить лекарства. Вот ещё один аспект его жизни, который от Вероники скрывали. И хотелось бы обидеться, да не получалось.

«Завтра обязательно схожу в больницу и выясню все подробности!»

Головная боль запульсировала в висках с новой силой. Что делать? Как поступить? Брать деньги у Паши после всего, что между ними произошло, казалось кощунством, но если другого выбора не будет… Хотя отец всё равно откажется. А ведь чем Паша хуже какого-нибудь чужого человека, к которому нужно идти на поклон? Тем, что Ника «плюнула Дронову в душу», как заявила сестра в потоке своих излияний, и тем самым очень обидела? Так извините, они со Славой сделали это первыми, когда назначили её призом в своём юношеском поединке.

Однако если отбросить обиды, Вероника была тронута желанием и готовностью Паши помочь потенциальному тестю. В этом поступке она узнала того мальчика, которому когда-то отдала сердце. Но, как и сказала Ксюша, его деньги могли бы покрыть лишь часть расходов, а где взять всё остальное?

В голове мелькали идеи быстрого заработка, одна другой абсурднее и опаснее. И что же предпринять? Пуститься в какое-нибудь рискованное предприятие? Или попробовать более гуманные методы? Что бы она ни надумала, но уж точно не намерена сдаваться, сложив лапки и готовясь к неизбежному!

И Ника приняла решение: она поедет на повышение, обязательно поедет! Там зарплата, перспективы… Возможно, удастся взять кредит, если не в банке, то у компании. Мама и Ксюша будут держать в курсе состояния папы, а Нике нельзя сидеть на одном месте, нужно что-то делать! И дай Бог, чтобы всё получилось и не было слишком поздно.

Глава 27

В эту ночь Вероника спала очень плохо. Тягостное состояние после вчерашнего разговора не дало нормально отдохнуть и расслабиться. Утром, выяснив у матери все необходимые подробности и «не заметив» по обыкновению насупленную Ксюшу, она заглянула к отцу, а потом отправилась в больницу.

Ну, что сказать? Деньги правят балом. Людей, нуждающихся в помощи, много, а льготных возможностей слишком мало. Отцу потребуется целый комплекс процедур, каждая из которых стоит прилично, а всё вместе получается просто неподъёмно. По словам Льва Ивановича, у которого наблюдается отец, если бы имелась хотя бы часть суммы (раза в полтора превышающая то, что Паша мог выручить за квартиру и машину), можно было бы о чём-то говорить, а так… Нужно ждать.

В «Фонде Надежды и Помощи» была похожая ситуация. Да, отец стоит на очереди, уже даже собрана некоторая сумма (смехотворная по меркам того, что необходимо), но людей слишком много, да и в приоритете онкобольные дети, которым ещё можно пожить, тогда как старики… В общем, тут тоже сказали ждать и надеяться.

По словам родителей, они побывали в нескольких банках, однако им отказали в кредите. Тогда Ника решила съездить и попытаться сама. Отстояла очередь в одном, потом в другом, в третьем…. Но все как сговорились: «У вас слишком маленький ежемесячный доход, чтобы выплатить такую сумму. Извините, мы не можем рисковать». Да и отдавать под залог квартиру, единственную собственность, которая имелась…

От беготни у Вероники гудели ноги: всё же отвыкла она столько ходить пешком, избаловал её Паша, постоянно подвозя на машине. Домой вернулась разбитая и опустошённая, чмокнула родителей и тут же отправилась в свою комнату, даже голод отошёл на второй план. Все сомнения, которые ещё оставались, были отброшены: нужно ехать на повышение, иного не дано. Тогда к зарплате сразу прибавится ощутимая цифра, которую банки не смогут игнорировать.