— Конечно хочу! — Ковалевский был уже на кухне. — Мужчину нужно хорошо кормить, тогда он будет добрым и покладистым.

— Ага, и перестанет шантажировать несчастную женщину, — помимо воли вырвалось у Вероники.

— Очень может быть… — кивнул Славка, вонзая зубы в ломоть пирога.

Чаи гоняли не очень долго. Славик снова глянул на часы и с явным сожалением засобирался.

— Лучше не задерживаться, чтобы не вызвать ненужных подозрений, — пробормотал он себе под нос.

Однако на этом визите всё не закончилось, нет! Следующие три дня Ковалевский продолжал наведываться по вечерам с чем-нибудь вкусненьким и просиживал положенные два с половиной или даже три часа, после чего они пили чай и прощались. И снова ни полслова о браке или приближавшейся субботе, что начинало уже порядком нервировать.

Рабочая неделя проплыла как в тумане. Входя в курс дела, Вероника созванивалась и встречалась с клиентами, а Елена практически стала её правой рукой и неофициальным замом. Иван, один из мужчин-старожилов, был в коллективе неофициальным лидером, опытным и пробивным, но пока не перетягивал одеяло на себя, а работал на благо отдела. Возможно, хотел посмотреть, на что способна новая начальница.

Но работа работой, а своей жизни никто не отменял. Нике удалось выбраться ещё в три банка, но и там ответ был отрицательным. Неужели тут действительно не обошлось без Славки и он заблокировал ей пути отступления? Или просто банки не желают идти на ненужные риски?

Вероника стояла перед серьёзным выбором, а посоветоваться, как ни печально, было не с кем. Отцу и матери она говорила, что всё у неё хорошо, а обеспокоенный голос из-за того, что много работы, да и ответственность большая. Им уж точно нельзя знать подноготную потенциального брака. Если что, придётся притворяться счастливой и всем довольной. Но если так можно спасти папу или хотя бы продлить его дни…

В пятницу вечером Нику традиционно попросили задержаться, а потом по внутренней связи позвонил Ковалевский и пригласил в свой кабинет. Сотрудники уже разошлись, так что свидетелями её путешествия к шефу были только охранники, хотя тем, в сущности, не было дела, кто, к кому и когда ходит. Мало ли, какие рабочие вопросы нужно решить руководству компании.

Славик расслабленно развалился в кресле, прикрыв глаза и откинув голову на спинку. На столе высились горы папок с документами, которые он, видимо, как раз просматривал. Ну да, за ним же последнее слово, всё нужно одобрить, заверить печатью и подписать. Несмотря на их острые отношения, Ника прекрасно видела, как много и с какой самоотдачей Слава работает. Был бы у него характер не таким скверным, они двое могли бы подружиться или даже…

— Присаживайся, — Ковалевский моргнул, встряхнул головой и выпрямился в кресле, снова принимая деловой вид. — Обдумала ли ты моё предложение? Готова заключить тайный союз?

— А если нет? Что станешь делать? Выкинешь меня из компании и найдёшь на роль жены кого-то другого? — гораздо резче, чем собиралась, спросила Вероника, и села на самый краешек стула, проигнорировав удобное кресло для гостей.

По большому счёту, она не должна была разговаривать в таком тоне с тем, от кого сейчас зависит благополучие дорогого ей человека, но накопившееся напряжение и возмущение Славкиными методами взяли верх. За что сейчас можно и поплатиться.

— Буду уговаривать, пока не согласишься, — ответил он и расплылся в улыбке.

— Что, уже не шантажируешь, а пытаешься договориться? — буркнула Ника всё ещё настороженно.

— Не могу больше смотреть на твоё несчастное лицо, — театрально вздохнул Ковалевский. — Да и зол я тогда был на тебя и всю ту ситуацию с видео. Раз мы деловые люди, давай подойдём к этому вопросу с точки зрения взаимовыгодного сотрудничества и заключим соглашение, — теперь его тон стал серьёзнее.

— И всё же… Неужели нельзя обойтись без брака?

— Вероника, ты и правда не понимаешь? — Славик слегка подался вперёд. — Тебе уже известно, что я занимаю сейчас не своё место. Не я наследник огромного состояния и потому не могу распоряжаться отцовскими деньгами направо и налево, как делает Стас. Отвалить кругленькую (нет, очень кругленькую!) сумму на операцию совершенно постороннему для меня человеку в данной ситуации очень проблематично, а дела семейного благотворительного фонда курирует моя мачеха, — на этих словах по его лицу пробежала тень. — Но если страждущий, которому требуются срочные денежные вливания, окажется, скажем, моим обожаемым тестем, то даже отец вынужден будет смириться. Тем более через некоторое время я возмещу ему все затраты, в том числе и на ремонт машины: не хочу быть должен.

Ника села поудобнее и вгляделась в лицо мужчины:

— Слав, я всё ещё не могу понять… Зачем ты это делаешь?

— Считай, что просто не хочу жениться на той, кого выбрал отец. Только чужой женщины в собственной постели мне и не хватало! Посредством брака я хочу приобрести союзницу, а не противницу. А ещё я знаю, как больно терять близкого человека, и не хочу, чтобы ты испытала нечто подобное, — и по глазам было видно, что действительно знает. — Такое объяснение тебя устроит?

— У-устроит, — она и сама не поняла, отчего голос дрогнул. Но Славка был сейчас такой… В общем, почему-то захотелось его обнять и утешить. Ну вот что за глупости в голову лезут?!

— Тогда завтра в десять регистрация брака, а после подпишем брачный контракт, где будет указано, что ты не претендуешь ни на деньги, ни на имущество семьи Красовских, — минутная слабость прошла, и взгляд Ковалевского снова стал твёрдым. — Чем раньше поженимся, тем быстрее твоему отцу сделают операцию. Мы ведь женимся, я правильно понимаю?

— Да, мы женимся, — выдохнула Вероника, бросаясь в омут с головой. — Но… Надеюсь, ты не будешь распускать руки? — она попыталась прощупать, насколько фиктивным будет их брак.