Сажусь, и ощущаю легкий запах алкоголя. Она что, бухала?

Скольжу взглядом по голым ножкам и упругой попке, в коротких шортиках. Еле сдерживаюсь, чтоб не отшлепать ее. Эта коза вызывает во мне самые грязные желания. Хочется привязать ее к кровати и пытать, постепенно избавляя от одежды и исследуя самые нежные местечки.

Скольжу пальцами по ноге, она же недовольно морщит нос. Вот коза!

Рукой сжимаю аппетитную попку и ныряю ладонью под ткань. Ммм… Гладкая и шелковистая.

Вера хмурится и шлепает меня по руке:

— Отстань… Ненасытное чудовище… — бормочет, отворачиваясь от меня. Ржу, и подтаскиваю её к себе. Громко чмокаю в нос и вижу широко распахнутые глазища:

— Алекс?

— Ты когда успела напиться? — грозно хмурю брови, а сам еле сдерживаюсь, чтоб не заржать: у нее такой виноватый вид.

— Аленка приезжала. Мы выпили по коктейлю. Тебя долго не было. Я легла спать — зевает и трет глаза. Я сгребая ее с кровати и усаживаю себе на колени. Она тут же обхватывает меня за шею, и льнет как кошка.

Просто секс? Похоже, я вру сам себе. Мне до дури нравится обнимать ее тонкую талию и вдыхать запах ее волос.

— Я сно. Мы сегодня с парнями едем в бар. Хочешь со мной?

— Не знаю… Что я там буду делать одна. Даже поговорить не с кем.

— Ты будешь со мной.

— Я буду только мешать — зевает снова. Ясно, мажется, потому что хочет спать. Сейчас я разбужу ее.

— Зови подруг. Разбавите нашу мужскую компанию. Вот только разбужу тебя для начала — прикусываю ей кожу на шее. Она недовольно шипит:

— Опять оставишь засос. Снова придется врать матери, что у меня есть парень и у нас такие детские игры.

Так, стоп. Что за фигня?

— Ты сейчас о чем? — напрягаюсь в ожидании.

Она вздыхает и смотрит на меня как на дурочка:

— Мама звонила по видеосвязи. Заметила засос. Пришлось врать что у меня есть парень. И это не ты.

Офигеть. Ну да, мы, в принципе, скрываемся, но вот даже несуществующий чувак доводит до бешенства.

— Больше так не ври. Мне нравится.

— А что я должна была сказать? — злится она — Не переживай, меня трахнул Алекс, так что все нормально. Мы не ссоримся.

Блять, это же надо так все завернуть. Злюсь, и встряхиваю ее за плечи:

Больше не говори таких слов вслух. Мне не нравится, когда ты говоришь грубости.

— Отвали! Не нравится ему. Нефиг было ставить засосы и злиться на меня не пойми за что! — она вскакивает с моих колен и убегает, хлопнув дверью.

Приехали. Поссориться на пустом месте…

Злюсь, но как баран, прусь за ней. Вера стоит у окна. На мой приход принципиально не реагирует. Я подхожу и разворачиваю строптивую колючку к себе лицом.

— Ну хватит дуться. Кожа испортится — ржу, когда она возмущенно лупит меня по груди.

— Козел ты, Леша — мстительно цедит она.

— Ага, но я все равно тебе нравлюсь — усмехаюсь, а она поджимает губы.

— А поехали в бар. Может я там встречу того, кто не будет себя вести как самовлюбленный придурок — выдает эта засранка. Я резко перекидываю ее через плечо и тащу в кровать. Сваливаю на постель, и плевав на все угрозы и маты, вжимаюсь в нее всем телом. Да, вот так. Сейчас я накажу ее.

Целую ее, а она брыкается и пытается вывернуться. Блокирую ее руки над головой и задираю майку, открывая себе доступ к груди. Бля, у меня едва не текут слюни, такая она аппетитная.

Вера расслабляется и облизывает губы. Я продолжаю мучить ее, лаская и посасывая твердые сосочки. Вскоре она начинает постанывать. Я отодвигаю шорты и скольжу ладонью по влажным трусикам. Сжимаю крепко и слышу:

— Алекс…

Сдвигаю трусики и начинаю ласкать ее мокрую киску. Она постанывает и двигает бедрами, пытаясь насадиться на мои пальцы. Но я продолжаю поглаживать клитор, иногда проводя пальцами по мокрой дырочке, но не входя.

— Ну же — возмущенно шипит она.

— А попросить прощение? — хмыкаю я, войдя одним пальцем неглубоко и тут же выходя.

— За что? — хнычет она.

— За оскорбления — прикусываю сосок. Она впивается пальцами мне в волосы, пытаясь удержать.

— Прости — стонет. Я добавляю еще один палец и медленно вхожу. Пиздец она мокрая. Член ломит от неудовлетворения.

— За то, что упоминаешь при мне левых мудаков — продолжаю дразнить ее. Она дышит глубоко и часто. Постанывает и едва осознает, что мне от нее надо.