– Ну, как ты тут, дорогой? Не скучал? Видишь, а я быстренько. Фроська, – кивок в сторону Анечки, – не докучала тебе?

– Нет. – Черт встал. – Бабуль, я должен тебе сказать…

– Что, дорогой?

– Бабуль, я тут… Мы тут… – Он беспомощно оглянулся на Анечку. – В общем…

Анечка пришла ему на помощь.

– Ну, понимаете, мы с вашим внуком… Мы решили…

Глаза бабушки начали зловеще сужаться, и Анечка, чтобы успеть, бухнула, как в воду прыгнула:

– Он сделал мне предложение, и я согласилась!

– Это правда? – Бабушка гневно воззрилась на внука.

Тот, несколько изменившись в лице, неуверенно, но все же кивнул из-за анечкиного плеча.

И тут началось. После, с прошествием времени, Анечка даже не могла толком припомнить, что именно происходило в этой комнате. Сквозь зажмуренные от страха глаза она чувствовала, что над ней бушуют буря, молнии, гром и землятрясение, мебель летает по комнате, норовя спрятаться по углам, а стены трясутся. Отчетливо раздавались лишь вопли оскорбленной в лучших чувствах бабушки:

– В моем доме! Моего внука! За спиной! Мерзавка! Вон отсюда немедленно!

После последних слов Анечка ощутила, как воздух вокруг привычно завибрировал, раздалось знакомое: Ж-жж! на секунду заглушив другие звуки, а потом все вокруг загремело опять с новой силой. Выждав минуты три, она отважилась все-таки открыть глаза.

Кругом была полутьма, перебиваемая здесь и там разноцветными вспышками. Гремящий шум постепенно сложился в ритм – это была музыка. Воздух был сизым от дыма, пахло потом, табаком и чем-то дурманяще-сладким. Ногам было холодно. Глянув вниз, она поняла, что стоит на бетонном полу. Босиком. А кругом колышется, мечется, извивается в танце густая масса различных двуногих существ.

– Господи, опять парти? – пронеслось у Анечки в голове. – Только не это! Выходит, все было напрасно, и я…

Она не успела додумать. Чья-то рука хлопнула ее сзади по плечу. Она обернулась, предвидя худшее…

– Анька, привет! – Перед ней в полутьме всплыло отдаленно знакомое, слегка пьяное, радостно улыбающееся лицо. Она точно встречала этот персонаж раньше, но сейчас, оглушенная, не могла с ходу вспомнить, кто это – то ли оператор, то ли педераст. – Классно выглядишь! А без бареток – это сейчас самый отпад, да?

Так значит, все получилось! Она здесь, на земле, дома! Ура-ура-ура! От восторга Анечка подпрыгнула, обняла псевдооператора за шею и крепко расцеловала.

– Миленький! Ты! Как классно!

Тот ошарашенно пялился на нее, пытаясь проморгаться. Но Анечке было не до него. Она вернулась! Надо плюнуть на все, бежать скорее домой, к бабушке. Милая бабушка, ведь это она навела Анечку на спасительную мысль. И вообще – бабушка часто бывает права. Теперь она знает, теперь она будет внимательнее к старушке. Скорей, скорей…

Анечка завертела головой, пытаясь сориетнтироваться и найти выход. Где-то в дальнем углу мелькнуло что-то, похожее на свет выхода, она направилась было туда…

– Анька! Стой! Ты куда?

Она только рукой отмахнулась.

– Да постой ты! Я хотел тебя позвать – там, за столиком, все наши тусуют. Пошли, оторвемся.

Анечка остановилась Замерла на секунду, терзаемая сомнениями. Снова махнула рукой, повернулась и пошла с оператором к столику.