– Ну, ясно-ясно, – закивал таксист, – как и везде. Но все равно – вот работа, а! В телефон тыкать! Эх, мне бы в мои годы такую – глядишь, и по-другому бы все пошло.

– По городу кататься тоже неплохо, – подбодрил водителя Демид.

– Это да. Грех жаловаться. Жив-здоров, и на том спасибо.

В этот раз инженеры решили добить драйвинг-тест до конца во всех режимах, чтобы освободить время в последний день, и в результате ездили по городу часов пять. К концу поездки Булат привык к пассажирам настолько, что в беседе с Демидом о бандитских группировках 90-х довольно плохо скрывал свою причастность к этому миру, правда, чем именно занимался, и вообще о каких-то конкретных своих делах в те лихие времена таксист так ни слова и не сказал, хотя Демид пытался вывести его на этот разговор. Между делом парни узнали, что почти все друзья детства водителя, те самые, которые вместе с ним когда-то дрались двор на двор, в итоге закончили не очень хорошо. Кого-то убили в тех же 90-х, кто-то умер от передозировки героином, многие получили большие сроки во время разгрома ОПГ в 2000-х. Среди описанных Булатом судеб его собственная казалась лучшей из всех возможных.

– А один, правда, высоко забрался, – уточнил водитель, – то ли депутат какой-то, то ли чего-то такое… Не в Думе, конечно… Тут у нас, в Казани. Но тот давно от дел отошел и теперь ни с кем из своих старых и знаться не хочет. Ну понятно, такую тень на себя бросать… лучше стереть прошлое из жизни, как будто и не было ничего.

Расставались клиенты с таксистом уже как давние приятели.

– Еще будете у нас – звоните, – сказал Булат, пожимая парням руки. – Телефон у вас есть.

– Хорошо, спасибо, – поблагодарил Стас.

– Конечно, позвоним, – заверил Демид, – кто мне еще про «Хади Такташ» и «Жилку» так подробно расскажет?

Все сдержанно посмеялись и разошлись. Уже вечером за пивом в баре Демид сказал, что придумал новый арт-проект: ездить по России, брать интервью у таксистов, а потом оформить это в какую-нибудь выставку или книгу.

– Ну а что – смотри, сколько всего нам рассказал обычный на первый взгляд мужик.

– Не у всех настолько насыщенная жизнь, – ответил Стас, глотнув пива.

– Хотя бы пара интересных историй найдется у каждого.

– Ну, может быть.

– Точно тебе говорю. И назвать это все как-нибудь наподобие «Те, кто вас возит». Как тебе, а?

– Не знаю, – Стас пожал плечами и спросил немного о другом: – Слушай, а чего тебя тогда в командировку отправили, если ты, вроде, и не тестируешь вместе с нами?

– Ну, – Демид пожал плечами и хлебнул из бокала, – может, чтобы причастность к отделу ощущал, не знаю. Да и это… ты не очень-то распространяйся, что я че-то другое делаю. Это не афишируется.

– Ты думаешь, – усмехнулся Стас, – что больше никто не знает? Да все ж видят, что ты чем-то другим занимаешься.

– Если вот прям «знает», то, кроме тебя, только Софья, а так, чисто догадываются, наверное, многие. Тот же Тим, скорее всего…

Слова Демида об осведомленности Софьи косвенно подтверждали версию о том, что ребята, вроде как, встречаются с того самого свидания после инвентаризации. В офисе они, судя по всему, пытались это скрывать, но получалось плохо: часто болтали, обедали вдвоем, вместе уходили с работы. Напрямую, конечно, никто об этом не спрашивал. Не стал и Стас, вернувшись в разговоре к вопросу искусства:

– Вообще, есть такая примета: хочешь что-то сделать – лучше не рассказывай об этом, а то не сделаешь. Веришь в нее? Это я о твоих планах на новый проект. В искусстве, мне кажется, это вдвойне актуально.

– Да не, херня, – отмахнулся Демид. – Удачу спугну, типа? Хотя… – Коллега Стаса наигранно нахмурился и сделал одну из своих актерских эмоциональных гримас. – Я ж хотел в Японию лететь этой весной! И всем об этом рассказывал! А там раз – и землетрясение! Конечно, отменил. Фукусима, радиация… так это из-за меня все оказывается! Эх, что натворил-то…

– Вот ты циник, – ухмыльнулся Стас.

– Да шучу, конечно. Просто вспомнилось.

В последний день командировки коллеги провели в офисе часа три, отослали все необходимые отчеты, а потом отправились в отель, чтобы собрать вещи и оборудование. Они планировали погулять по городу еще некоторое время, а потом просто зайти в гостиницу за багажом и поехать в аэропорт.

– Так, минутку, – слегка озадаченно вполголоса сказал Демид, пересчитывая сэмплы, а затем обратился к товарищу: – У тебя не осталось девайсов?

– Нет, они же все у тебя всегда. А че такое?

Демид вновь сосредоточенно пересчитал имеющиеся у него телефоны, потом сделал это еще два раза и наконец не очень уверенно заявил:

– Кажется, тут не хватает одного…

Потеря сэмпла была в компании строгим нарушением, караемым в зависимости от значимости конкретного устройства штрафами разного размера. Стасу до сих пор терять девайсы не приходилось, но пару раз он видел примеры таких случаев в отделе. Помимо денежного штрафа это практически наверняка ставило крест на промоушене (должностном повышении) потерявшего. Неизвестно, насколько все это волновало Демида, но вид у него был крайне озадаченный. Он принялся судорожно искать телефон по всему номеру. После того как поиски не увенчались успехом, парни пошли в офис, в котором работали последние три дня, и перерыли там все, попутно опрашивая удивленных сотрудников, не видели ли те где-то поблизости их потерю. Результат оказался тем же, что и в отеле – никаких следов.