Остаток лета прошел достаточно мирно. Мы с детьми успели не спеша подготовиться к школе, купив все необходимое и в конец слиться с окружающей нас местностью.

Ближе к осени я вспомнила о том, что вся теплая одежда осталась в Москве. Дамир списался с Сашей, и тот обещал все собрать и выслать нам. Замечательно. Мы с Черновым продолжали хранить режим молчания. Даже переговоры по поводу Кипра, состоящие из пары сообщений в телефоне, теперь казались мне непозволительной роскошью.

Я понимала, что поступила правильно. Наверное, в моей жизни действительно ничего кардинально не поменялось. К своим годам я была уже взрослой девочкой и проблемы свои тоже умела решать сама, но мне еще предстояло научиться жить без него. Не в смысле, что все тащить самой, это я видимо и так умею, а вот науку жить без ожидания Саши, его звонка или приезда, мне предстоит еще освоить. Нужно перестать вслушиваться в разговоры ребят в поисках хоть какой-то информации о Чернове или же замирать в те дни, когда дети сообщали, что папа в городе.

Сашка молчит. А я не могу понять, что это — уважение к моим желаниям или же тупое безразличие. Люблю и ненавижу. Как же это сложно. Хорошо, что есть дети. Вот честно. Сейчас я понимаю, что шестеро — это прям мой вариант, с ними не заскучаешь.

Постепенно мы перестали чувствовать себя чем-то инородным в этом городе. Каждый день проходит в каких-то делах и заботах. И машина пришлась очень кстати.

Начинаем с девочками готовиться к школе, вспоминаем, что они проходили в садике, читаем книги, рисуем, вспоминаем цифры и буквы.

Парни тоже живут в предчувствие учебного года на новом месте. Они уже неплохо пообтесались в близлежащих окрестностях, нашли знакомых. Теперь каждый вечер пропадают где-то в больших и шумных компаниях. Я вроде как спокойна, но Стаса на всякий случай обнюхиваю каждый вечер. Ну как обнюхиваю. Чтобы уж совсем не палиться, просто смотрю на Рому, морщится он рядом со Стасом или нет.

Стас стал своим в новой команде, даже как-то с футболом раздумал завязывать. Может быть, все дело в том, что здесь никто из него не пытался слепить профессионального футболиста, и он просто мог играть в свое удовольствие.

Дамир пересмотрел свое благородство и стал зажигать в спаррингах. Правда и прессовать его стали сильнее, уже пару раз приходит то с подбитым глазом, то с рассеченной бровью, зато спокойный и умиротворенный.

Кир бросил робототехнику и уговорил меня пойти на станцию юннатов. Все-таки живое ему оказалось ближе бездушной техники.

Девочки готовятся к театральным подмосткам и требуют от меня поход на вокал.

Рома, тоже заскучав, собрался на курсы английского. Не то что бы ему это сильно надо было, язык из всех ребят он знал лучше всех, тот ему с рождения легко давался.

Как педагог, коим я являлась очень глубоко в душе, я с самого детства пыталась приучать детей к любви к другим культурам и разным языкам. Иногда получалось. Так что у меня даже близняшки лет так с 4-х знали какие-то базовые фразы на английском. А чем еще было заняться маме в вечном декрете?

Окончательно устроилась в школу. На педсовете в августе меня познакомили с коллективом. Упросила Галину Петровну, чтобы та представила меня как Быстрицкую, обосновав это нежеланием того, чтобы мальчишки росли учительскими сынками. А сама долго гадала связано ли это как-то с Сашей или нет.

В школе было много учителей, которых здесь еще не было семнадцать лет назад. А те, кто был в курсе моих тогдашних приключений, на удивление очень радушно меня встретили. Особенно Вера Андреевна, которая теперь была руководителем методического объединения иностранных языков. Она стала взрослее, солидней, но все такой же теплой и радушной.

Всего нас было четыре иностранца в школе: Вера Андреева («Зови меня теперь просто Верой»), Лариса Петровна (бойкая старушка, преподававшая здесь еще во времена моей мамы), Инка (вообще-то Инна Алексеевна, но она была на пару лет меня младше и порой вела себя как сущее дитя) и я.

Распределяли часы. Я надеялась на начальную школу, но та оказалась в вечных владениях Ларисы Петровны. Просто Вера забрала себе все неделящиеся классы и старшеклассников. Нам с Инной досталось работать в паре, взяли все классы, которые делились на подгруппы. В итоге вышла мешанина с пятого по восьмой. Правда, удалось все обстряпать так, что ни Кир, ни Рома ко мне не попали.

Чем ближе надвигалось на нас Первое сентября, тем больший мандраж у меня начинался. И это было хорошо, не было времени думать о чем-либо другом.