И не поспоришь.

В пораженческие мысли мне не дал углубиться грохот и звон. Эйнинген сидел, уронив бокал на пол и вытянув в сторону левую руку. Из той буквально хлестало… металлом. Цепи?

— Четыре пятиметровых цепи с условно-мелким звеном тебе на конечности, — начал перечислять оружейник, — Одна тридцатиметровая с условно-крупным звеном. Две десятиметровых, с условно средним. Плюс парочка мелких, на два-три метра. Еще один дадао и одно мачете под твою руку.

— Я бы и сам заказал, — немного обиженно пожал я плечами и наткнулся на пьяно-ироничный взгляд мага.

— Характеристики посмотри… Джаргак, — как у него получается ругаться моим именем?!

Ух ты ж ежик. На всех цепях значились особенности «вечный», «высокая прочность», «самовосстановление», на клинках вдобавок была еще и «самозаточка». Королевский подарок. Императорский.

— Я потратил всю оставшуюся пыль и осколки, — с обоснованной гордостью заявил Эдвард, даже немного трезвея, — А еще выбил из старых должников ряд редких ингредиентов! Как тебе?

— Великолепно, Эдвард! — искренне сказал я, протягивая культю. Вся звеняще-бренчащая масса начала ползти ко мне.

— Просто вспомнил того бугая… — вяло махнул рукой маг, — Который нас шутя заломал. «Просветленного». Мне показалось, что тебе вскоре броня вообще не понадобится… вот и сделал оружие. Инструменты.

— Если ты себя хорошо покажешь на новой должности, то броня не понадобится никому в этом мире, — подбадривающе пробурчал я, ухмыляясь. За что и получил в лоб бутылкой.

— Сколько раз тебе говорили не делать этого? — вызверился на меня друг и тут же сник, — Как наша поездка окончилась этим?

— Первым блин комом, ты сам говорил, — пожал я плечами, — Теперь остается только все разгрести.

Утихомирить мага, не привыкшего к алкоголю, оказалось сложно. Эдвард чувствовал вину за то, что я остаюсь «за бортом» без работы, а он наоборот — взлетает к вершине, с которой предстоит двигать техномагический прогресс, да еще и остается мне должен за «небесный» камень. То, что маг притащил кроме подарков мне еще и солидную кучу золота, бывшую моей долей от продажи «Железной Феи» и драгоценностей Эрназы — его совсем не успокаивало. К почти всеобщему счастью и облегчению ситуацию спасла сонная Аливеолла, прошлепавшая босиком с второго этажа. Она кратко шарахнула Эдварда какой-то ментальной гадостью, взвалила на плечо и уволокла на второй этаж. Проводив ее взглядом, я сделал себе пару мысленных памяток — обзавестись резонатором и надавить на «Материнское Сердце», от имени которого мне обещали помочь с повышенным либидо. Двух периодически обнаженных девушек я в доме долго не вынесу.

Вечером в дверь Арканы Уюта раздался долгожданный аккуратный стук. Я пошел открывать дверь, будучи полностью уверенным, кого за ней обнаружу. Изредка так бывает — ты знаешь, что что-то обязательно случится, готовишься к этому и оно оп — и случается. Даже если не было произнесено слов, совершено действий и не были даны намеки.

Это был именно тот случай.

— Я решил заглянуть к тебе на чай. Не помешаю? — обаятельно улыбнулся невысокий толстоватый человек с отчетливо блестящей в свете фонарей лысиной. За его спиной раздался негромкий металлический лязг, как будто от сработавшего небольшого капкана.

— Только тебя и ждал. Прошу всех внутрь. Чувствуйте себя как дома, — широко улыбнулся я, радуясь возможности это сделать. Пропустив обоих гостей в дом, я упреждающе повел культей, — Нет. Не сюда. Попрошу вас вниз. Да, в подвал. Там все готово.

В моей алхимической лаборатории на минус первом уровне действительно все было готово. Во многом благодаря подарку Эдварда — парочка мелких цепей вполне удачно заменила мне руки. В свободной части помещения, подальше от тигелей, реторт и шкафов, я поставил небольшой круглый деревянный столик с парой стульев. Умный Еж прошелся по помещению, оглядывая его и присвистнул, постучав пальцем по вырезанным мной на столе и стульях рунах.

— Запитай их маной, пожалуйста, — попросил я его, — Я пока принесу чай и что-нибудь к нему.

Расположившись с удобствами в наглухо закрытом мной подвале, мы помолчали, смотря друг на друга. Втроем. У Бенедикта не было глаз, но расположившийся прямо на столе гримуар просто поворачивал лицевую сторону обложки, имитируя мимику. Мягко сияли руны тишины, иллюзий и искажений, полностью блокирующие любой намек подслушать разговор. Некроманту этого показалось недостаточно, и он взметнул вокруг столика пелену серого тумана, видимо, тоже обладающего изолирующими свойствами.

Начал, ожидаемо, именно гримуар:

— Держу пари, что это чаепитие будет… легендарным! — с сухой усмешкой выпалила книга. Мы с Ежом улыбнулись.

— Думаю, ты будешь не против, если я останусь в этом облике? — спросил он, держа в руках чайник, — Зрение, осязание, вкус, запах… они мне доступны только так.

— Конечно, иначе какое же это чаепитие? — хмыкнул я. Ощущение настоящей, неподдельной смертельной опасности бодрило и поднимало настроение.

— Давай для начала поговорим о погоде, — улыбнулся «человек», — Как тебе на первом месте в списках охотников за головами, Соломон? Не дует?