Камень с магической печатью я оставил в свинарнике. Как-то не хотелось тащить лишний груз, да ещё и думать о его сохранности. Ладно, вряд ли его кто-то станет красть, но его запросто можно будет потерять в лесу. И вообще я не шибко много знал о рунах, может быть эта, почти погасшая полностью, привлечёт других «злобных» големов? А может её попытается найти создатель? Лишние проблемы, да кому они нужны? Поэтому камень и остался дожидаться нас дома в надёжном тайнике.

Шестерёнки на руках Орешка до сих пор работали. Сделал я их действительно очень качественными. Оставалось только добраться до места и занятья там работой. Как говорил друг изобретатель: прежде, чем что-то оптимизировать или модифицировать нужно понять самый простой способ добиться цели. Иногда он уточнял, что можно умыться с помощью ладошек и воды из реки, а можно провести в квартиру трубы с родниковой или речной водой.

Конечно, водопровода в нашем городе не было ни у кого, если только у старосты в поместье… Собственно мы с другом знали о трубах с водой только из книг, я по большей части — художественных, а он из каких-то учебников по механики и прочих рукописях изобретателей прошлых лет. Признаться честно, я мечтал о водопроводе. Вдуматься только: в любую секунду можно получить прохладную и свежую воду, не выходя их дома. Пару веков назад это назвали бы чистой магией! Впрочем, и сейчас, наверно, существуют аквамаги способные выжимать воду из воздуха.

Ещё Оскард позаботился об оружии для себя. У меня был старый стилет в практически идеальном состояние. Друг же отказался брать с собой столовый нож в качестве оружия. Он отрыл в своём хламе дубину и забил в неё пару десятков гвоздей. Хорошее тяжело оружие, ранит так точно наверняка. Правда тащить его не безопасно, можно пораниться самому, и вообще быстро им не помашешь. Оскард отшучивался, мол, это только запасной план, а на самом деле защищаться он будет с помощью топора или факела. «Огонь,» — соглашался я, — «лучшая защита от диких зверей». На арбалет денег сэкономить не удалось. Купим парочку, как только добудем побольше золота.

Что до Эсты… Я ничего для себя не решил. Понял только, что сначала нужно добиться нового почётного статуса. Подняться из нищего парнишки, что жил в сгоревшем доме, в уважаемого зажиточного горожанина. Стать достаточно успешным золотодобытчиком — организовать несколько практически автономных приисков, желательно с големами. После купить дом, сколотить целое состояние и потратиться на что-нибудь подчёркивающее статус.

Главное я знак к чему стремлюсь. Но я не знал: делаю я это ради Эсты или нет… Оскард, теперь я в этом не сомневался, сказал всё правильно: сначала добейся, а потом видно будет нужна она тебе, со всеми её загонами, или нет. Под загонами он, конечно, имел введу совсем не те места, где держат животных, а — проблемы, заморочки… Ох уж этот сленг, однако, я помаленьку втягивался и понимал всё больше новых словечек, которыми так любил разбрасываться мой друг более городской друг.

— Стемнело, — сказал друг, всматриваясь через открытую дверь в темноту.

— Да, вижу. Не слепой вроде, — ответил я.

— Значит, хватай свой перевоз и погнали. Ореху скажи, чтоб не топал! Он ещё тот обалдуй.

— Сейчас, только обучу его этому слову.

Друг дал добро, схватил перевоз за ручку и потащил к выходу. Гружённая махина едва пролезла в дверной проём. Друг привязал к доскам, которые соединяли колёсные базы, ещё и свои палатку с дубиной. А все железные шлюзы и другая палатка висели на моём парном перевозе. Но я пока не брался за него, нужно было не только объяснить голему, чтобы он не топал, но ещё и не шумел. В идеале молча помогал мне или другу, толкая заднюю часть перевоза.

Я положил руку голему на голову и начал представлять розово-голубые паттерны. Простые розовые линии закручивались в спирали и вытягивались. Затем на них формировались голубые клубки, соединялись с линиями, словно мотки шёлковой нити в капле росы. Магия побежала по каналам, обеих рук. Слева она снова выходила большим напором. Нужно будет увеличить узел в правой руке, либо же ослабить в левой. Хотя, очевидно, лучше я выберу первый вариант, ни к чему делать себя слабее. Пока магические потоки бежали в мозг голема, я представлял все ассоциации к слову шум и топот. А сам тихо, но так, чтобы голем услышал, шептал:

— Топать, шум, топать, шум, топать, шум.

Секунд через двадцать я понял, что голем выучил оба слова и практически все значения, в которых их можно трактовать. Об этом свидетельствовало то, что больше он магии, именно с этими словами, не впитывал. Тогда я обучил его ещё нескольким словам по такой же методике. Голем узнал следующие: «перевоз», «толкать» и многие-многие другие. На самом деле всем этим словам его можно было обучить и без помощи магии, как ребёнка просто говорить и показывать. Но такой подход требовал намного больше времени, а его у нас практически не оставалось.

— Идём, — сказал я Оскарду, — взял свой перевоз за переднюю ручку и потащил.

Палатка задела дверной косяк и чуть не сорвалась с досок. Она, как огромное пузо коровы, еле-еле вылезла из узкой двери. Но шлюзы в разобранном виде прошли без труда, а главное без грохота. Тащить перевозы к моему удивлению оказалось не так и сложно. Не особенно огромные колоса позволяли нам тратить не так уж и много усилий. Хотя, груз мы перевозили тяжёлый.

Когда я вывел свой парный перевоз на улицы, Оскард быстро подбежал к двери и запер её на замок. Затем достал второй из внутреннего кармана и запер на него тоже.