Наступила ещё одна неловкая пауза, после чего Генрих сказал:

— Где поймали? — спросил я.

Я посмотрел на Сибиряка и далее обращался уже только к нему:

— Пойдём завтракать, мой самурай.

— Либо им сменили задание, — предположил я.

— Спасибо тебе за это ещё раз! Только вот я не пойму: а чего ты вышла из своего укрытия с закрытым лицом? От Коляна отхватила ни за что. Почему не сняла балаклаву, не сказала, что сняла снайпера?

— Красного расписать — не западло! — криво усмехнулся авторитет.

— В нашем клане запрещены дуэли между его участниками! — громко сказал я вставая. — Кто нарушит это правило, тот будет выдворен из клана, несмотря на все прежние заслуги! Ринат, Сибиряк! Я не заставляю вас мириться, но прошу прекратить этот ненужный конфликт! Что касается обнаруженного факта, то мне тоже не совсем приятно было об этом узнать.

Я подошёл к Кате, обнял её, поцеловал и прошептал на ухо:

— Он пришёл на свою точку без оружия. Я видела, как он подходил и пробирался туда. И он почти всё время просто наблюдал за тобой в бинокль. А потом резко достал винтовку и выстрелил. Возможно, он целился не в тебя, но сейчас важно не это. Оружие было уже там! Понимаешь, что это значит?

Решил для пущей важности пройти взглядом по всем товарищам, стараясь смотреть на каждого беспристрастно, и с нетерпением ожидал, когда мой взгляд дойдёт до Коляна. Каково же было моё удивление, когда я обнаружил, что мой друг с неподдельным любопытством тоже рассматривает остальных. Видимо, ему было интересно, о ком говорит Мирон. То, что речь идёт о нём самом, мой друг, похоже, не допускал.

— Приветствую всех! У меня интересная новость: мои коллеги поймали ваших беглецов — Неруша с Пустоваловым.

Катя развернулась, чтобы выйти из переговорки, но я успел её окликнуть:

Между Сибиряком и Ринатом и раньше не наблюдалось особой симпатии, сейчас же их ненависть друг к другу достигла своего пика. Я понял, что необходимо вмешиваться как можно быстрее.

— Ага, в фольге полегчало. Ты оказался прав, это Система меня изводила. Видимо, действительно, кто-то через неё заклятие наложил. Узнать бы кто, да найти козла, — Арбатов со злости сжал кулаки до хруста в суставах пальцев. — Но я иногда снимаю фольгу, чтобы сообщения разные прочитать. Вот как раз в один из таких моментов и заметил, что Сибиряк — орк.

— Насчёт орка я сам охренел, а вот насчёт пацанов Сибиряк прав: они действительно сильно напрягаются. Новая раса, ни кланов, ни квестов, ничего вообще непонятно.

— Это косяк, Сибиряк, — негромко произнёс Генрих. — Прекращай ненужный базар.

— По полной, — ответил я, вставая. — Пить только хочется.

С другой стороны, и подозревать Мирона в чём-то плохом повода не было. Просто имея внутри команды крота, ожидая подвоха от любого, было вполне логичным доверять Арбатову не настолько сильно, чтобы показывать ему уникальный артефакт. В конце концов он мог просто взять его в руки и автоматом выиграть квест. И учитывая, что особой необходимости в срочном выяснении свойств артефакта не было, имело смысл Арбатову про него пока не говорить. И вообще никому не говорить, даже Соломонычу.

После этого мы быстро обсудили, что ещё можно сделать для предотвращения межрасовых стычек и решили увеличить количество патрулей на улицах города и создать из числа лояльных нам орков группу для разрешения их внутрирасовых конфликтов. Вспоминая Сибиряка, с огромным сожалением отметили, что членство в моём клане не избавляет от возможности стать орком. С другой стороны, оставалась надежда, что орки — члены нашего клана в случае массового конфликта получат квест защищать свой клан и не станут бросаться на соклановцев. Так или иначе, стоило принять в клан как можно больше народа.

— Я извиняюсь, но я должен это сказать!

— Думаю, что нет. Я решила попробовать выследить второго, а если не получился, то поймать всё же первого и расспросить с пристрастием. Возможно, даже с привлечением Коли в качестве помощника. Но к сожалению, случилась та ерунда, и мне пришлось выдать себя. А после этого за тобой уже не следили, видимо, оба залегли на дно.

— Я бы рассказал! — рявкнул Жора, злобно оглядел нас всех и покинул переговорку, хлопнув дверью.

— Ладно, о том, что с ними делать у нас ещё будет время подумать, — ответил я старшему товарищу, который озадачил меня не на шутку. — Сейчас в любом случае надо им оказать медицинскую помощь.

— И много таких?

Пока в одиночестве пил кофе, ко мне вернулись мысли о вчерашних галлюцинациях. Я решил называть произошедшее именно так, пусть даже это и было чем-то иным. Но думать об этом не хотелось, и я решил перевести мысли на что-то другое, благо жизнь бурлила, и поводов для различных размышлений было море.

— Пойдём на кухню, — сказала Катя. — Там и попьёшь, и поешь. Я не завтракала, тебя ждала.

К десяти часам все уже собрались в переговорке, и я тоже отправился туда. Спустился, поздоровался, рассмотрел присутствующих. Были все: наша стандартная руководящая команда плюс Катя, Колян и Мирон. Отсутствовали Прокопенко и Осипов, но они пока мне были не нужны, поэтому отвлекать их от дел я не стал.