Сколько девиц на него с тех пор охотилось!

И не только девиц, теперь, получается, если верить наличию венка.

Ой, что-то мне поплохело…

И не зря!

– Всё отец, не уговаривай меня больше! Женюсь! – завопил Гейт, подскочив на ноги.

Громко так завопил, на всю площадь.

– Люблю, понимаешь?! – продолжил горланить, взмахнув венком на всеобщее обозрение. – Люблю, не могу, женюсь! Имею полное право! Хоть согласны, хоть нет, всё равно женюсь!

Для пущей наглядности, и очевидно, убедительности, он взобрался на стол, тряся венком теперь уже для обзора толпы. А толпа с жадностью не только взирала и слушала, но также делала выводы!

В отличие от казначея, пытающегося безуспешно снять сыночка со стола, воевода злиться моментально перестал. Пригорюнился. Правда, совсем ненадолго. Очевидно, поразмыслил немного, ну, или вспомнил, что никакого венка для суженого не плёл. Вновь уставился на меня. Обвинительно так уставился. Да только меня не проймёшь! В том смысле, что я ж не совсем бестолочь, сознаваться ни за что не стану! Даже если…

– Айлин, княжна наша любимая, а что это ты во второй ручке своей держишь? – необычайно мягко поинтересовался воевода.

– Ничего, – изобразила праведную честность, попятившись назад.

Руку, что до сих пор держала за спиной, конечно же, я так и оставила в прежнем положении. Благо, позади меня высилась стена из составленных друг на друга бочонков, помогая сокрытию свидетельства недавнего преступления.

– Если ничего нет, тогда и ручку мне свою покажешь, правда же? – всё ещё ласково приговаривал воевода, вопреки тону, довольно грозно двинувшись в мою сторону.

И я бы обязательно прониклась надвигающейся опасностью, но пальцы неожиданно кольнуло теплом, а ленты… исчезли! Сгорели в непонятно откуда взявшейся вспышке огня. Сама вспышка тоже исчезла, стоило обернуться. Только жалкая горсточка оседающего пепла доказывала то, что мне не почудилось. Впрочем, пепел унесло порывом ветра ещё до того момента, как его могли бы заметить другие.

– Хм, и правда, ничего, – задумчиво протянул воевода, увидев мою пустую ладонь.

Не менее задумчиво он уставился на князя, явно в поиске поддержки. Но тот на самого близкого друга и соратника по управлению княжеством никакого внимания не обратил, хмуро разглядывая толпу… нет, не толпу – эрранцев, что стояли неподалёку и также, как и многие здесь, наслаждались представлением во главе с Сарпом Эрран Сагитари. Заметив мой взгляд, господин наместник едва заметно усмехнулся в свойственной ему манере. И тут же утратил всяческий интерес, развернувшись спиной, скрывшись в толпе.

– Почти стемнело, надо возвращаться, – решил последовать примеру эрранца отец. – Айлин ещё свои подарки не получила, – заодно и повод нашёл.

И я, и Этери с превеликой радостью выполнили его наказ!

Застолье в княжеском саду всё ещё не завершилось, даже по наступлению темноты. Но настоящее веселье предполагалось как раз по её наступлению. И первым развлечением была как раз та самая прежде упомянутая родителем церемония вручения подарков.

Суть церемонии заключалась в том, что незамужней молодой девушке принимать дары от посторонних малознакомых лиц – строжайше запрещено, именно поэтому сперва предполагалось устроить «проверку» всех собравшихся на празднестве. В качестве проверяющего выступала сама именинница. Ей завязывались глаза, а вокруг неё выстраивались все желающие поучаствовать в данном мероприятии. Если узнает, кто перед ней стоит, значит и незнакомцем уже не назовёшь, соответственно и дары принимать можно.

В общем, подарочки заслужить придётся, попросту говоря!

Освещение в саду вместе с заходом солнца заметили сотни свечей, расставленных повсюду, но, едва на мои глаза легла плотная повязка, а на затылке затянулся тугой узел, – лично для меня наступил кромешный мрак. Подсказывать, да и вообще заговаривать с именинницей, пока она была занята опознаванием гостей, – нельзя, однако со всех сторон слышались смешки и тихие шушуканья, потому около десяти человек я опознала вообще без всяческих задержек. А вот далее пришлось подключать память.

Длинная борода, что кольнула кончики моих пальцев, и невысокий рост…

– Магистр Гайтемир!

Приторно сладкими лавандовыми духами сегодня облилась…

– Этери!

А вот запах тушёного мяса и свежеиспечённого хлеба…

– Эльса!

Грузные серьги с самоцветами, достающие почти до самых плеч…

– Айна! – назвала ещё одно имя.

А потом ещё и ещё… До тех пор, пока не остановилась пред тем, кто не относился ко двору князя Ордмера. Хотя и этого человека я узнала. Ещё в тот момент, когда дотронулась до мундира, обтягивающего широкие плечи – твёрдые, как камень. Ведь очень трудно его спутать с кем-то другим.

Почему?

Говорят, иногда так случается. Всего раз где-то повстречаешь человека. И не забудешь его уже никогда. Словно всю свою жизнь знаешь. А иначе просто быть не может. Навсегда он с тобой останется. Был. Есть. И будет. Не важно даже, если ваша единственная встреча окажется первой и последней. Или же не самой желанной из всех, какие только могут случиться в жизни.

Сарп Эрран Сагитари.

Мне больше не обязательно прикасаться к нему. Достаточно чувствовать его жаркое дыхание. Но я всё равно провожу вниз по сильным рукам. Словно и не я сама, кто-то другой заставляет проявлять такую непростительную вольность. Быть может потому, что неожиданно понимаю – необыкновенно тепло рядом с ним. И какая-то странная часть меня вдруг отчаянно возжелала остаться. А может, всё как раз потому, что я помню прекрасно – в последний раз он будет настолько близко.