— Бегом, бегом, не стой! — окликнула его девушка, успевшая скрыться в одном из переходов. Соседнем, кстати, с тем, в котором скрылись недобитые агрессоры.

— Бегу, бегу. И волосы назад. — мужчина, поморщившись, провел рукой по редкой шевелюре и сделал первый шаг. Ноги вроде держат, значит, вперед… на поиски штанов.

***

Четыре с половиной часа петляния по однообразным темным коридорам наконец завершились. Очередная огромная пещера, попавшаяся им на пути, внезапно оказалась обитаемой. Большая ее часть была отгорожена сплошной каменной стеной, явно построенной руками человека. Прямо по центру стены была врезана узкая дверь, выглядевшая весьма внушительно — сплошь покрытая мощными стальными шипами и расписанная слабо светящимися рунными цепочками. Весьма не лишняя предосторожность, если судить по глубоким царапинам, сплошь покрывавшим как дверные шипы, так и саму стену в нескольких на первый взгляд непримечательных местах.

При их приближении над одним из исцарапанных участков открылась небольшая бойница, сквозь которую на путников уставился наконечник арбалетного болта.

— Стоять! Кто такие? — хрипло прокричал из-за стены невидимый привратник.

— Ослеп, что ли? — отозвалась Хель, даже не подумав замедлять шага. — Паленки напился или в глаза долбишься?

— А, это опять ты. — разочарованно отозвались из-за стены. Бойница захлопнулась, зато почти сразу приоткрылась шипастая дверца.

Путники нырнули в проход — Артему пришлось скрючиться в три погибели, чтобы втиснутся в эту жертву фортификации — и оказались в тесном каменном мешке. Дверь за их спинами с лязгом захлопнулась, оставляя их в полной темноте.

— Эмм… — после минуты ожидания Артем хотел было поинтересоваться, в порядке ли вещей такой теплый прием, но Хель не выдержала первой.

— Ну чего там у вас? Ужрались, что ли, все? Открывайте!

— Погоди, — отозвался откуда-то из темноты уже знакомый бас. — Что-то наша машинка опять барахлит… тебя узнала, а вот на мужике какую-то дичь выдает. Ты, это… хорошо его знаешь? — в голосе привратника появилась настороженность.

— Вот ты хренов параноик! — взорвалась девушка. — Первоуровневый смертный, только что апнул два уровня через росток, тяжело ранен и под вашей дерьмовой микстурой. Сходится, нет?

— Эээ… — задумчиво протянул привратник. — Да черт его знает. У нас же не фабричная машинка, а так… Ну, вроде не притворыш, по крайней мере, так что… заходьте.

С громким скрежетом часть стены сдвинулась в сторону, открывая проход. Миновав его, путники оказались в очень необычном помещении. Пожалуй, это было что-то среднее между гаражом мастера-самоделкина, химической лабораторией и дешевым пивняком. Круглый зал с высокой куполообразной крышей был беспорядочно завален всевозможным железным барахлом, лишь в центре на кое-как расчищенном пятачке гордо возвышались несколько грязных столиков, заставленных пустыми пивными кружками. Хозяин всего этого великолепия вполне соответствовал своему обиталищу — низкорослый крепыш с квадратными плечами, шикарной рыжей бородой, заплетенной в толстые косы, и не менее шикарной лысиной, отражающей свет висящих под потолком немногочисленных светильников.

Бородач задумчиво теребил себя за нос, разглядывая причудливую конструкцию, закрепленную на стене. Несколько крупных разноцветных булыжников, стянутых толстой проволокой и закрепленных на трех перекрещивающихся металлических обручах, видимо, и были той самой «не фабричной машинкой». Это, конечно, многое объясняло — удивительно, что с помощью этой шайтан-машины хозяин хоть что-то умудрялся определять. По мнению Артема, которое тот на всякий случай оставил при себе, обычный дверной глазок справился бы куда лучше.

Наконец, рыжебородый крепыш оторвался от своей игрушки и повернулся к гостям. При виде Артема его маленькие глазки полезли на лоб, а из горла раздался какое-то скрипение, должествующее, видимо обозначать смех.

— Ты… Это… это… — он попытался что-то сказать, но сперва ему помешал смех, а затем ему пришлось шустро нырять вниз, уклоняясь от брошенного Хель гаечного ключа.

— Охренеть как смешно, — процедила девушка ледяным тоном. — Слушай, избавь меня от своих шуточек. Последние сутки у меня пиздец как не задались, и я хочу убивать. Комната, надеюсь, свободна?

Хозяин молча кивнул, его борода часто тряслась от сдерживаемого смеха. Девушка стремительно пересекла помещение, резко распахнула одну из дверей на противоположной стене и скрылась за ней, напоследок обернувшись и выдав указания напоследок:

— А ему — что-нибудь целебное. И гребанные штаны.

Дверь громко хряснула о косяк, лязгнул задвигаемый засов.

Бородач стремительным колобком пронесся через зал и пнул лежащий на небольшом диванчике холм, накрытый грязноватым одеялом. Холм возмущенно хрюкнул и развернулся, демонстрируя второго низкорослого крепыша, похожего на рыжего весельчака как две капли воды. Отличались они лишь цветом бороды — у нового действующего лица она была черной, да мрачным выражением лица.

— Ну? — рыкнул чернобородый, угрожающе приподнимаясь со своего лежбища.

— Ты глянь, с кем девчонка пришла на этот раз! Ну? А?

Угрюмый крепыш проследил за его указующим перстом и уперся взглядом в Артема, наблюдавшего за происходящим с еще более мрачным выражением лица.

— И? — все так же лаконично спросил разбуженный, переводя взгляд обратно на своего… брата? Не дождавшись ответа, он невероятно стремительно для своего телосложения пнул рыжего в бок — видимо, восстанавливая справедливость — и невозмутимо завалился обратно, накрывшись одеялом с головой.