— Опять ушел, у меня такое ощущение, что меня поимели. В голове каша и никаких ответов. Теперь неделю буду вспоминать, что хотела спросить сначала и чем все это кончилось

— Наташа, не дуйся. Он, как всегда уклонился от неудобных или неприятных вопросов, но мы многое узнали, я это воспринимаю как игру. Это загадки и мы их отгадаем. Так даже интереснее.

— Это да. Сдаваться я не буду. Нужно что-то придумать.

— Наташа, я читала, что те, кто хочет получать максимальные возможности в игре при регистрации устанавливают уровень чувствительности на сто процентов. Это расцвечивает весь мир, дает большие возможности понимать окружающее и лучше его использовать, но и боль как в реале.

Мих ведь на войну шел, с крупной бандой крупнейшего олигарха. И мог установить такой уровень. Боли. Ведь это возможно и логично. Но, тогда он испытывал страшную боль, а если это испытание в яслях он проходил много раз, пытаясь разгадать загадки искина и получить возможности для борьбы с врагом и мести ему за друзей?

Его могли там убивать раз за разом и пауки и змеи и медведи и вампир. Мы же читали, что некоторые бросали игру от пережитого в этих испытаниях. Да только что психиатр о пытках у вампира рассказывал. Вдруг и он все это пережил, но дошел до конца и победил. Возможно, что ему трудно и даже больно вспоминать этот кошмар.

— Блин, Светка. Жуть какая. А ведь похоже. Как бы он еще мог все это получить. Деньги, вещи, достижения и вообще все. Похоже, ты права подруга. Чувствую себя дерьмом. Меня один раз в первый день гадюка укусила, так я до сих пор забыть не могу. Даже маг черный так не напугал и остров этот грёбаный. А он в одиночку в пещерах раз за разом сотни змей и пауков бил. Пока придумал, как пройти.

И ради этой заразы малолетней все это еще и на бегу делал, чтобы успеть ей помочь. Блин, как же мне хреново, а я еще хотела у него подробности выпытывать… Блин, выпытывать. А ведь читала, что вампир этот еще и пытал однажды игрока, но тот сам себя убил. А ведь Мих бы не стал. Света, боже, а если его там пытали раз за разом.

— Наташа, не накручивай себя и меня. Это уж очень страшно звучит. Хуже всего, что логично и объясняет все. Но верить я в это не хочу. Не могу.

— Девочки, я позанимался и иду в душ. Что вы на меня так смотрите? Что случилось?

— Мих!!!

— Любимый!!!

— Так. Редкий случай, я ничего не понимаю. Мне приятно вас обнимать. Но тревожно. Вы обе в слезах. Что вы тут без меня придумали? Что вас напугало? Не бойтесь я с вами, все будет хорошо. Если вы что-то страшное сами себе придумали, то расскажите мне. Это все глупости, не надо бояться. Света, скажи что-нибудь, Наташа, ты же самая храбрая. Да что с вами? Вы меня всерьез пугаете. Все, что вы сейчас выдумали это неправда.

— Клянешься?

— Света, я еще не знаю, что вы тут навыдумывали. Но уверен, что это к действительности отношения не имеет.

— Мих. Если я тебя спрошу, ты ответишь честно. Но совсем честно, без твоих штучек. Честно-честно.

— Да, Наташа. Только успокойтесь обе. Что я такого вам сказал, что вызвало это все? Ну, перестали плакать?

— Мих, прости, если это тебе будет больно, но ответь. У тебя уровень боли сто процентов? Тебя пытал вампир в пещерах испытаний?

Вот я попал. Какие же у них у обеих глаза огромные и слезы, что же делать?

— Вы только не волнуйтесь. Я сто раз пытался пройти испытание, и один раз попал в неприятную ситуацию. Нужно помнить, что все это игра и из нее всегда можно выйти. Но тот вампир довольно мерзкий тип, недаром — внук патриарха. Несколько часов из прошлого я не люблю вспоминать.

Света это ты почувствовала что-то в нашем последнем разговоре? Только не ужасайтесь. Я сознательно шел на все это и мог в любой момент прекратить. Просто у меня была цель и план по ее достижению. Да, Наташа, в игре бывает всякое. Это уже не совсем игра.

— Милый

— Мих.

Ну вот, вы опять. Девочки, все в прошлом. Мы здесь мы здоровы и счастливы. Впереди много хорошего.

Не плачьте. Это не стоит ваших слез. Если вы не прекратите, то прямо сейчас войду в игру и найду этого гаденыша и убью еще раз.

— Не надо, мы больше не будем.

— Ну вот и славно. Давайте вина выпьем сухого. Вы тут чай приготовьте, а я душ приму.

— Ушел. Бог ты мой, я читала про ужасы в игре, но это! Он сказал про несколько часов!

— Да, Наташа, я все еще не могу в себя прийти.

— Ты к нему хочешь пойти? Иди. Я понимаю, ты ему нужна.

— Да, хочу, но не пойду. Нам с тобой надо вдвоем побыть. Тебя я сейчас не оставлю, давай чай приготовим, говорят, что простые работы по дому помогают пережить стрессы, сладкого наедимся и растолстеем.

— Давай. Хорошо, что ты у меня есть.

Они обнялись коротко и занялись приготовлением чая, еще долго обе вытирали глаза, но постепенно успокоились.

Девочки все еще смотрели на меня влажными глазами, а у меня возник вопрос. С чего это они обе так впечатлительны сегодня? Наташа ещё куда ни шло, она всегда и на всё реагирует остро и быстро. Но Светлана? С ней то что? Она обычно бывает куда более рациональной и уравновешенной. С другой стороны, что могло с ними произойти в запертой квартире при отсутствии возможности общаться с внешним миром?