— Ну что сказать, — протянул Алекс пару часов спустя, снимая рабочую форму, — полей-ка, братец…

Наспех ополоснув руки и лицо, попаданец взял карту форта и начал ставить пометки, — это то, что вы можете своими силами. Подземный ход… здесь хуже, своих парней пришлю вечером. Вы пока расчистите, а уж потом и они.

— Может, с утра? — Предложил Фальке, некстати решив продемонстрировать хорошие манеры.

— Всё едино в подземелье работать, — отмахнулся Алекс, — я приучил своих, что если работы нет, то и не трогаю. Так только, с оружием немного поупражняться. Зато уж если что случилось, так все дела бросать надо и работать сутками.

— Разумно, — отозвался австриец, умываясь рядом, — не совсем по уставу, зато по уму. На войне только так и надо.

Выйдя из форта, Алекс долго лазил по окрестностям, перепаханным снарядами, и представлявшим ныне поле с многочисленными воронками и редкими зелёными травинками. Попытался представить себя на месте вражеских солдат и по всему выходило, что пруссаки попытаются попробовать на зубок повреждённый форт. Недаром же такую артиллерийскую подготовку провели.

— Интересно получается, — бормотал Алекс, — а если чуть дальше?

Полковник медленно, но верно передвигался в сторону прусских позиций, пытаясь увидеть, как выглядит Прибрежный форт с их стороны. По его прикидкам, выглядеть он должен более разрушенным, чем на самом деле, а ведь на этом можно и сыграть…

От удара прикладом сзади, Алекс чудом уклонился, но вскользь голову всё-таки задело. Полковник поплыл, а когда очнулся через пару секунд, вокруг шла ожесточённая борьба.

На него навалился здоровый малый в мундире прусского сапёра, пытаясь заломить руки за спину. Худощавый Фокадан не мог бороться с человеком, весящим едва ли не в два раза больше, поэтому резко расслабился и противник чуть провалился. Горло пруссака, с рыжеватой неопрятной щетиной, придавило лицо.

Попаданец вспомнил умничанье одного из соседей по общаге, большого любителя смешанных единоборств и единоборств вообще. Упитанный армянин мнил себя большим специалистом и обо всём имел собственное, единственно верное мнение.

— Борьба эта так, — Размахивал Арам куриной ножкой, — условности. Я понимаю, бросок там провёл, хребтиной о помост или асфальт — раз! Ну и добивать. А когда начинают возиться — по затылку не бить, кусать нельзя… каждый второй из борцух противнику пытается лицо вроде как ненароком пережать, дыхание сбить.

— Если работает, — индифферентно[3] отозвался Алекс ради поддержания разговора, поедая дары щедрого соседа, — так почему бы и нет?

— Условности! — Разгорячился приятель, приходя в ещё больший раж, — не буду говорить, что справился бы с бойцами, не с моими болячками на помост идти. Но если так вот прижмут, да не в шутку, а всерьёз… укушу!

… и Алекс укусил, извернувшись и прижимаясь всем телом к противнику, пытающемуся оторвать попаданца от горла. Вонючее, давно не мытое тело, да с таким гарниром… в иное время от такого сочетания попаданца вырвало бы. Сейчас, задыхаясь от нехватки воздуха и чужой крови во рту, рвал крепкими зубами врага, начавшего биться в агонии.

Объятия ослабли, Фокадан тут же спихнул с себя тяжёлое тело и вскочил, вытягивая одновременно саблю из ножен. Прерывисто дыша, тут же сделал выпад в сторону сапёра, схватившегося с Фланаганом на штыках. Острие сабли легко вошло в районе почек, и пруссак выгнулся дугой, тут же обмякая.

Адъютант наконец передёрнул затвор винтовки, выстрелив во вражеского капрала, душившего одного из солдат. Выхватив револьвер, Алекс начал стрелять, постоянно перемещаясь, и через несколько секунд из пруссаков в живых остался только сержант, вскоре накрепко связанный.

— Роб, — негромко сказал попаданец, показав на него глазами, — приберись пока.

— Назад? — С надеждой спросил подрагивающим голосом фендрик[4], прикомандированный от Прибрежного форта.

— С чего бы? — Удивился Алекс, полоская рот ромом из фляжки Фланагана, — разведку сперва.

Фендрик сглотнул и быстро-быстро закивал, глядя, как попаданец ногтем выковыривает из зубов кусочек застрявшей там человеческой кожи.

Со стороны прусских позиций форт и правда выглядит не так презентабельно, как в действительно.

— Это интересно, — пробормотал полковник, — всё, теперь можно возвращаться.

По дороге к ним присоединился Роб, сказавший громко:

— Помер наш пленный. Видать, внутрях что-то повредили, а сразу и не заметили.

И уже тише, только командиру:

— Разведка то, вроде как ночью штурмовать попытаются.

Предупредив о том Фальке, заспешили назад. В штаб, срочно в штаб…

— … может интересно получится, господин генерал, — докладывал час спустя Фокадан, — штурм однозначно будет, к гадалке не ходи.