Ну где же вы, женихи мои ненаглядные? Может, загадать желание: кто меня найдёт… С тем метку и поставлю?

Хотя, тут загадывай не загадывай, лерирея и без моей помощи явившихся спасателей оприходует и по назначению использует.

Тогда что бы такого загадать? За спасителя замуж выйду? Нееее, не дай-то бог именно Леонель окажется или явившийся завершить начатое Артемилиан. Чур-чур меня.

Устав бесцельно метаться по лаборатории, моя пушистая ипостась улеглась в кресло, свернувшись клубочком и нервно подёргивая нашим шикарным хвостиком. Молчит. Я тоже.

Появление спасателей стало неожиданностью. И да, разочарованием. Не их мы ждали, вот совсем не их… А в итоге, в распахнувшихся дверях узрели два силуэта: мужской и женский. Клара и Клаус.

Нет, безусловно, мы рады спасению, вот только второй по значимости вопрос с их помощью не решить. А где мои "гости"? И не спросить же. Рррр…

Не так уж я конечно и желала поприсутствовать в момент постановки меток, но вернуться в ставшее уже родным обличие хочется. Очень.

— Миледи! — тем временем восклицает влетевшая в лабораторию Клара. Начинает меня тискать и причитать: — Ну вот как же вы так, а? Никому ничего не сказали, заперлись тут, а мы с ума сходим. С ног сбились искавши…

Ответить я по вполне понятным причинам не могла. Лишь купались в её искренней радости, тепле и нежности. Да уж, эта девочка однозначно достойна стать мамой. И видит бог, я в лепёху расшибусь, но придумаю, как помочь ей и ещё сотням, тысячам, таких же обделённых.

Клаус же, тем временем с деловым видом обходит помещение. Задержался в дальнем углу, и я смутилась, осознав, что именно привлекло его внимание. Нужду справить надо было где-то? Ну вот, именно там мы её и справили.

— Долго она нас тискать будет? — начала уже раздражаться лерирея. — Лучше бы покормили.

— Так намекни ей, а то на радостях Клара явно забыла, что еды у нас с собой не было.

— И как?

— Что как?

— Намекнуть этой недогадливой…

— Прикуси руку слегка, но не больно, не до крови.

Сказано, сделано, лерирея у меня вообще очень исполнительная.

— Ой, что же это я? — тут же подскочила Клара, вполне правильно истолковавшая намёк. — Клаус, ты где там застрял? Бегом на кухню, прикажи для госпожи… Ну в общем, сам придумай.

Парень так шустро смылся, что я лишь подивиться успела его покладистости. Что-то мне подсказывает, запала ему в душу наша сероглазка, а я… Я всего лишь копия той, к которой он испытывает неимоверную благодарность. Ну да и ладно. Если у них что-то срастётся, я только рада буду. Искренне.

Собственно, к столовой мы с лериреюшкой неслись тоже довольно шустро, иные спринтеры обзавидовались бы. Клара едва успевала открывать попадающиеся нам на пути двери. Что и не мудрено — изголодалась моя пушистая тушка. Вон, кажется, даже мех потускнел от голода. Или это зрение притупилось, от него же?

Вот только поесть нам было не суждено. Едва выскочили в холл, и… Тут же рядом очутились аж три лерирея, с вполне понятными желаниями усиленно ставить метки.

— Уууууу, — мысленно простонала я.

— Уууууу… — в унисон мне отозвалась голодная вторая ипостась.

— Уууууу… — вторил нам желудок.

— Уррр, — заурчали вокруг нас озабоченные самцы.

— Дайте ей поесть! — смело рявкнула на кобелей Клара, за что удостоилась отнюдь недобрых взглядов от мужской части присутствующих, и благодарного, от нас с моей пушинкой.

Но всё же отступили. Хоть и нехотя. Проводили тяжёлыми взглядами наше почти гордое и ни разу не триумфальное шествие под аккомпанемент всё громче и громче "поющего" желудка.

Очутившись в столовой, я мысленно вздохнула с облегчением. Не потому что еда вот она, на постеленной на пол скатерти выставлена, и слюнки от её вида уже едва ли не капают. А потому что, безусловно, необходимый, но такой пугающий процесс восстановления магической энергией хоть немного, но отсрочен.

Лерирея с зверским аппетитом набросилась на пищу, а я что? Я бездействую. И пытаюсь вернуть себе психическое равновесие. Вот, казалось бы, чего я так боюсь? Лерирея давно уже не девочка невинная, больно не будет. Стыдиться вроде как, тоже нечего, но старые взгляды на вопросы интимной жизни напрочь выбивают из колеи, они так и орут: "Секс без любви это проституция!" Ага-ага, можно подумать я через месяц к брачному артефакту пойду по любви великой. Ну вот сейчас Славиэль закрепит меточку и смогу выбрать его.

Вот только сомневаюсь, что моё отношение к бирюзовоглазому можно назвать любовью. Симпатия? Да. Физическое влечение? Снова — да! Но любовь? Не знаю. В смысле, не уверена, понимаю ли вообще смысл этого слова? Когда-то думала, что беззаветно люблю Леонида, но я его толком и не знала даже, иначе, ни малейшего намёка на симпатию не осталось бы. Слишком самоуверенный, слишком деспотичный, слишком категоричный, слишком настойчивый. Куда не глянь, всё слишком. И да, красив тоже слишком, это видимо меня и сбивало с толку.