– Да, превосходим, но, боюсь, если отдать предпочтение волкам, львы очень обидятся. Они же гордые до потери последних мозгов. Могут и войну начать. А если мы породнимся со львами, эти наглые кошаки решат, что теперь смогут одолеть волков. И точно начнут войну.

– Так, может, пусть будет война?

– Нет, Георг, мы потеряем много людей, растратим все наши накопленные ресурсы, а в результате победившие оборотни пойдут против нас, потому что любой правитель предпочтет завоевать все, если у него будет такая возможность. Союзники в мире не нужны, только в войне. Пока у оборотней противостояние, они будут дружить с людьми в надежде на военную поддержку. И нам нужно так извернуться, чтобы каждый из них считал нас своими верными партнерами!

– Но поддержать подобную иллюзию не удастся, ведь вам в любом случае придется выбрать мужа для принцессы. Второй-то дочери у вас пока нет, – заметил премьер-министр.

Эдуард усмехнулся, оценив укол друга. Еще одной дочери у него не было… пока. Но Алиса вот-вот должна родить, и все королевство переживало за королеву, ведь все мечтали о принце. Наследник – это гарантия спокойствия в случае кончины короля, это будущее королевства, его защита и воля.

Эдуард очень хотел сына. Ради него он и устроил свой второй брак. Алису он не любил, но был ей благодарен за покорность и терпение. Она ни единым словом не упрекнула его, когда Валери при каждой встрече обзывала ее мягкотелой и глупой овцой. Эдуард терпел эти выходки полгода в надежде, что Валери успокоится, но и у любящего родительского сердца есть предел.

Вот уже больше года принцесса жила в загородном поместье Георга. Официально считалось, что принцесса и две ее фрейлины Элла и Эмма Смоль, дочери-близняшки премьер-министра, проходят вместе обучение, достойное благородных девиц, вдали от суеты столицы. На самом же деле учителя старались донести до своих высокородных учениц знания в музыке, изобразительном искусстве и домоводстве, но получалось у них это плохо. Потому что трио подруг куда больше интересовалось прогулками и психологией доведения зрелых мужей до белого каления.

– Ладно, старина, – выдохнул Эдуард, взлохматив свои седые волосы, – пора спать. Утро вечера мудренее. Завтра решу эту задачку.

– Кажется, у этой задачки нет правильного ответа. Бросьте жребий, – посоветовал премьер-министр.

Мужчины встали, оба высокие, крепкие с внимательными умными глазами, способные в любой схватке дать фору самому ловкому юнцу. Что уж говорить о политических играх. Но сейчас они выглядели растерянно и подавленно. Особенно король.

Тут в дверь влетел запыхавшийся стражник и, задыхаясь на каждом слове, сообщил:

– Ваше Величество, принцесса пропала!

Валери очнулась внезапно. Просто открыла глаза и вздрогнула.

«Где я?» – подумала девушка, пытаясь собраться с мыслями. Но голова гудела, и мысли разбегались в разные стороны.

Она резко села и осмотрелась. Кто заботливо уложил ее в кровать, сняв любимые мягкие тапочки на шнуровке? В них было удобно бегать, чем Валери любила заниматься больше всего на свете. Когда она бежала, рассекая собой наполненный зноем воздух, у нее возникало чувство, что она еще немного и оторвется от измученной солнцем земли. Волосы разлетались в разные стороны, как и ненужные мысли, дыхание становилось глубже, а все тело наполняла энергия и мощь. Когда девушка бежала, то чувствовала, что сможет преодолеть все. После смерти мамы Валери пыталась убежать от боли. Но стоило ей остановиться, чтобы перевести дыхание, как боль вновь настигала ее. Валери была упряма и не сдавалась, продолжая убегать. Постепенно боль ослабла.

«Я вымотала ее!» – торжествовала тогда восьмилетняя девочка.

Тапочки стояли рядом с роскошной кроватью из черного дерева. Над кроватью развивался белоснежный балдахин из легкого, но плотного ситца. С одной стороны, балдахин был закреплен серебряным шнурком, и Валери была видна серая каменная стена. Причем эта стена была цельной, без стыков, как будто кто-то сделал ее из огромного камня, а не из кирпичей или блоков. В углу уютно потрескивал камин, а рядом с ним стояло мягкое кресло с высокой изогнутой спинкой. Валери удивилась. В королевском замке не было каминов, принцесса прекрасно помнила, как сырыми осенними ночами было зябко. Королевский замок стоял на высоком утесе, его обдували со всех сторон ветра. Там даже в знойные летние дни было приятно прохладно.

«Нет, я не дома… Как же давно я не была дома… Может, эта овца Алиса решила сделать ремонт», – с тревогой размышляла Валери. Она решилась все-таки встать с кровати, обула тапочки, одернула зеленое легкое платье и направилась к двери, которая тоже была сделана из черного дерева, практически теряясь на фоне серых каменных стен. Валери заметила, что у противоположной от кровати стены стоит простой, но удобный письменный стол. На нем лежали несколько старинного вида книг в кожаных переплетах и стопка белоснежной бумаги, на которой сверху стояла серебряная чернильница с крышкой в форме пушистой шапки букашника. Это был любимый цветок принцессы. Каждую весну он ровным алым ковром покрывал королевский утес, а воздух наполнялся ароматом карамели. Жаль, что это чудо природы длилось недолго. Палящее солнце быстро высушивало хрупкие цветочки.

Валери тут же почувствовала себя дома. Она радостно сделала еще несколько шагов и замерла в ужасе. Нет, это не был ее родной королевский дворец. Оказавшись посреди комнаты, она, наконец, смогла рассмотреть последнюю, четвертую стену своей темницы. Теперь, когда балдахин не заслонял обзор, Валери осознала, почему так свежо в комнате, несмотря на солнечные лучи, заливающие комнату, и на пламя в камине. Просто у комнаты было всего три стены. Сначала она решила, что перед ней огромное окно во всю стену, но, подойдя ближе к краю пропасти, убедилась – в комнате просто нет стены, а кругом раскинулись высокие Кровавые горы. Эти горы миллионы лет защищали королевство людей от Бурного моря и его злых ураганных ветров. Прозвали их так потому, что круглый год здесь цвели заросли высокогорного букашника. В отличие от своего долинного родственника он был насыщенного красного цвета, придавая горам зловещий вид. Да и на самом деле они были самым опасным местом в Триоземье, потому что в них скрывались существа безжалостные и всемогущие – вампиры, по сравнению с ними даже самый безумный лев мог показаться пушистым котенком.